Скрепя сердце он выбрался из-под снежного одеяла и вышел на гребень. К уступу он осторожно сполз на животе, а потом выискал на кромке такое место, где удобней всего было соскочить на нижележащую ступень склона. Склон со стороны леса был заметно более пологим, и каждая новая ступень становилась ровнее и длиннее; спускаться можно было без больших усилий, не напрягая глаз от недостатка света.
Туман внизу рассеялся, и странника постигло неприятное откровение: полоса, которую он принял за реку при лунном свете, оказалась широкой трещиной, расколовшей землю острова в стародавние времена. Он старался не всматриваться больше вдаль и не думать о том, как будет вынужден обходить зияющую пропасть. Постройка ледяного моста через трещину была худшим выходом из положения – так восстановление продлится на несколько дней.
Когда ступени горы совсем сгладились, стало гораздо теплее и на каменистой земле появилась растительность в виде редких кустарников и небольших сосен.
Пройдя немного дальше, путешественник наткнулся на диковинное зрелище: на приподнятом участке склона росли несколько замечательных гранатовых деревьев, и у одного из них на цыпочках стояла крылатая девица. Она ловко орудовала большими ножницами в виде двух скрещенных цветков, обрезая сухие ветви граната. Юноша подкрался ближе к деревьям и спрятался в кустах сирени, чтобы как следует рассмотреть незнакомую фею.
На феечке было короткое платье с юбкою в складку, из странной упругой материи, выкрашенной в нежно-зеленый цвет, а поверх платья – бархатистый зеленый корсаж. Рыжие, как цветки гранатов, волосы были собраны в два хвостика за ушами, на макушке сидел ободок из древесной коры. Запястье левой руки и лодыжки обеих ног украшали браслеты из плодовых косточек и пестрой гальки, а шею – ожерелье из самоцветов в чашечках желудей. На ногах было много свежих царапин и комариных укусов. Феи напоминали обычных людей, и их плоть тоже не слишком отличалась от человеческой, пусть только на первый взгляд.
