«Они помогли мне сесть обратно в инвалидное кресло и отвезли в другую часть здания тюрьмы для регистрации.
«Ваше имя?» – говорит офицер, сидящий за столом.
«Рон Ковик, – отвечаю я. – Профессия – ветеран Вьетнама, выступающий против войны».
«Что?» – спрашивает он саркастически, глядя на меня сверху вниз.
«Я ветеран Вьетнама, выступающий против войны», – почти кричу я.
«Лучше бы ты умер там», – говорит он. Повернувшись к своему помощнику, офицер произнес: «Я бы хотел взять этого парня и сбросить его с крыши».
Они сняли мои отпечатки пальцев, сфотографировали меня и поместили в камеру. Я стал мочиться в штаны, как маленький ребенок.
Трубка пропала во время обследования меня врачом. Я стараюсь заснуть, однако, хотя я устал, гнев бушует во мне, как огромный раскаленный камень в груди. Я прислоняюсь головой к стене и слушаю снова и снова шум сливного бачка».
Ковик и другие ветераны съехались в Майами в 1972 г. на национальный съезд Республиканской партии. Они появились в зале заседаний и расположились в своих инвалидных креслах в проходах. Во время речи Никсона, в которой он выражал согласие стать кандидатом в президенты, эти люди стали кричать: «Прекратите бомбардировки! Остановите войну!» Делегаты бранили их: «Предатели!», а агенты спецслужб выпроводили ветеранов из зала.
Осенью 1973 г., лишившись надежды на победу и в условиях вторжения войск Северного Вьетнама в различные районы на юге страны, США пришлось пойти на урегулирование, предусматривавшее вывод американских войск и сохранение за повстанцами их позиций до избрания нового вьетнамского правительства с участием коммунистов и некоммунистических элементов. Но сайгонское правительство не дало своего согласия, и Соединенные Штаты решили предпринять последнюю попытку заставить Северный Вьетнам капитулировать. Волна за волной на Ханой и Хайфон летели самолеты «В-52», бомбы разрушали дома и госпитали, погибло огромное число мирных граждан. Это ничего не дало. Многие бомбардировщики были сбиты. По всему миру прокатилась волна протестов – и Киссинджер вернулся в Париж, где подписал почти такое же мирное соглашение, как то, о котором договорились прежде.
Выводя войска, Соединенные Штаты, продолжали предоставлять помощь сайгонскому правительству, но, когда в начале 1975 г. Северный Вьетнам начал наступление на главные южновьетнамские города, это правительство пало. В конце апреля северовьетнамская армия заняла Сайгон.
Сотрудники американского посольства бежали, как и многие вьетнамцы, боявшиеся прихода к власти коммунистов, и долгая война во Вьетнаме закончилась. Сайгон был переименован в Хошимин, и обе части страны объединились, став Демократической Республикой Вьетнам.
Традиционная историография изображает окончание войн как результат инициативы лидеров – переговоров в Париже или Брюсселе, в Женеве или Версале, – подобно тому как она нередко считает, будто войны начинаются в ответ на требование «народа». Война во Вьетнаме служит ярким свидетельством того, что порой бывает совсем иначе. Политические руководители были последними, кто предпринял шаги для ее завершения, – «народ» же оказался далеко впереди. Президент всегда находился в самом хвосте. Верховный суд молчаливо игнорировал факты, ставившие под сомнение конституционность войны. Конгресс на годы отстал от общественного мнения.
Весной 1971 г. соавторы газетных колонок Роуланд Эванс и Роберт Новак, два последовательных сторонника войны, с сожалением писали о «внезапном взрыве антивоенных эмоций» в палате представителей, замечая при этом, что «антивоенные чувства, столь распространенные ныне среди демократов – членов палаты, рассматриваются сторонниками администрации как направленные не столько против Никсона, сколько являющиеся реакцией на давление со стороны избирателей».
Только после завершения военных действий в Камбодже и лишь после протестов, охвативших в связи с ними кампусы по всей стране, Конгресс принял резолюцию, в которой заявлялось, что американские войска не следовало направлять в эту страну без его одобрения. И лишь в конце 1973 г., когда войска США были наконец выведены из Вьетнама, Конгресс одобрил закон, ограничивающий право президента объявлять войну без согласия Конгресса; но даже в этом случае по данной «Резолюции о военных полномочиях»[209] президент мог вести войну в течение 60 дней по собственной инициативе, без соответствующей декларации со стороны Конгресса.
Администрация старалась убедить американский народ, что война прекращается в результате ее собственного решения начать переговоры о мире – а вовсе не потому, что она проигрывает войну, и не потому, что в США развернулось мощное антивоенное движение. Но секретные меморандумы правительства свидетельствуют о его пристальном внимании к «общественному мнению» в Соединенных Штатах и за их пределами на протяжении всей вьетнамской войны. Данные об этом содержатся в «Документах Пентагона».
