Он покатил кресло дальше во двор, решив найти удобное место, где можно будет как следует поразмышлять о жизни. Съехал по пандусу на траву, колеса вязли в мягкой почве, с усилием покатил к любимой поляне, спугнув пасшегося там оленя.
Взвесил в руке пузырек с таблетками, он, кажется, вновь передумал, но сейчас это именно то, что нужно, уйти с улыбкой на лице. Это твой личный выбор. Так или иначе, ты все равно с ними расстанешься. Надо же, прежде он и не думал об этом с такой точки зрения. Сражался без надежды на победу. И тащил их вниз за собой.
Он так и держал пузырек на ладони. Нет, это стыдно. Неправильно. Слишком легкий выход. Ты сможешь хотя бы немного и сам потянуть лямку, не такая уж тяжкая ноша – собственное бремя. Итак? Он сунул пузырек обратно в карман. Сколько я принял? Три штуки. Недостаточно, чтобы убить. Зато с каждой минутой будет все легче. Завернись-ка в одеяло поплотнее, а то замерзнешь.
Генри смотрел на темный лес, на реку вдалеке, хорошее место он выбрал, всю Долину отсюда видно. Много славных лет прожито, больше, чем заслужил, и пора наконец позаботиться о других. О своей семье. Едва он подумал это, как земля словно ушла вниз, он стоял на высокой скале, а прямо перед ним – небо и звезды. Никогда не видел ничего подобного. Какой прозрачный воздух. Последним усилием, уже засыпая, он натянул одеяло и почувствовал, что согревается.
Лобравшись до первого нужного адреса, Харрис припарковал джип за углом. Газон перед домом аккуратно пострижен, но на заднем дворе все густо заросло высокой травой. Старая ива нависала над двором, в тени ее ржавели останки старого “олдсмобиля” и трактор без колес, совсем неуместный здесь. На задней террасе громко ворчал холодильник, а крыша провисла настолько, что едва не накрывала дверь в дом. Харрис разглядел внутри только одну фигуру и, прячась в тени, пробрался через заросли, осторожно огибая кучи хлама, рассыпанного там и сям. В гостиной на узкой кровати лежала старуха, в изголовье – кислородный баллон. Он убрал пистолет.
– Где Мюррей?
– Нету его тут, – проскрипела она. – И денег у него тоже нет. – Помолчала. – Три года как не работает. Ничего вы с него не получите.
Уже несколько часов он торчал в заброшенном доме, пристроившись на перевернутом ведре. В этом конце улицы, похоже, все коттеджи давно опустели – дворы заросли травой, только здесь он приметил узкую тропку, протоптанную ко входу в дом, за которым он следил. Еще над парой крылечек в дальнем конце квартала светили лампочки, но иных признаков жизни не наблюдалось. Примерно в полночь прямо на улице появились олени, дикое зрелище – животные брели по тротуару, ощипывая на ходу кусты, потом скрылись в проулке между постройкой, где он сидел в засаде, и вероятным обиталищем Мюррея. Олени не испугались, да и вряд ли заметили его присутствие, что Харрис счел добрым предзнаменованием.
Он надел перчатки и вязаную шапку, но все равно начал замерзать и проголодался. Около трех ночи в дом вошли двое, один из них точно Мюррей. Электричество, должно быть, отключено, потому что они зажгли свечи и развели огонь в камине. Вскоре один вышел в соседнюю комнату, улегся там. Не лучший вариант, их двое, может, стоит подождать, пока Мюррей останется один, но тут не угадаешь, в любой момент Мюррей Кларк может смыться и появиться уже только на суде.
Харрис подождал еще с полчаса и решил, что второй уснул.
Он открыл и закрыл барабан револьвера, проверил свой 45-й, чуть светился ночной визир. Тебе, по крайней мере, все видно, подумал он, хорошо, что установил прицелы ночного видения, это Хо настоял:
Ступени скрипнули, он замер. Нет, ничего. Медленно отворил дверь, пробрался через кухню, мусор, какие-то коробки, длинный коридор. Он медленно шел по коридору, когда чей-то голос окликнул:
– Ты, что ль, Хесус?
Еще несколько шагов – и он в гостиной. Два продавленных дивана, свечи, воткнутые в пустые бутылки, – рука с оружием пока в кармане куртки.
На диване валяется мужик лет сорока. Давно не брит, под глазами круги.
– Мюррей, – тихо проговорил Харрис.
– Знакомое лицо, – вгляделся Мюррей. – Шериф Харрис?
Харрис вынул револьвер и наставил на Мюррея. Тот немедленно вскинул руки.
– Ох ты ж, – выдохнул он. – Вы берете не того человека, шериф.
– Ты немедленно уматываешь из Долины. – Харрис слышал свой голос словно издалека, палец застыл на спусковом крючке.
– Конечно, обязательно, – зачастил Мюррей, – все, что скажете.
– Если я узнаю, что тебя видели в этом штате, твое тело найдут в реке. Если узнаю, что ты еще раз хоть словом перемолвился с окружным прокурором в Юнионтауне, – тот же результат.
