Это доводит меня до помешательства. Потому что я люблю ее. И я на самом деле хочу с ней заниматься любовью, трахаться, вступать в интимные отношения, устраивать сексуальные игры — называйте это как хотите. Мы прикасаемся друг к другу только тогда, когда на нас смотрят другие. Мы уже несколько дней ведем скабрезные беседы и воспроизводим сцены, за прослушивание которых я бы заплатил. Я живу в ее доме уже несколько недель. И вот она всего в нескольких шагах от меня. До меня доносятся ее смущенные смешки, а потом другие звуки, когда она начинает ласкать себя и получать от этого удовольствие. У меня такая эрекция, какой еще не бывало никогда в жизни. Я чувствую себя полным идиотом из-за того, что вынужден пользоваться собственной рукой, когда она совсем рядом.
Я скидываю простыню, вылезаю из кровати и направляюсь по коридору к ее комнате.
Я вхожу в комнату Мэгги со стоящим торчком членом. Я полон решимости. Я собираюсь овладеть ею и не сомневаюсь в том, что ей это понравится. Неужто эта игра не захватила ее так же, как меня? В чем дело? Почему она все время сдерживает меня?
Я залезаю на кровать и притягиваю ее к себе. Она обмякает. Я целую ее. Она не отвечает.
— Чего ты хочешь? — шепотом спрашивает она. — Трахнуть меня и после этого навсегда расстаться? Или ты хочешь испытать собственное самообладание и сделать вид, что все происходит по-настоящему? Так чего же ты хочешь, Джо?
— Трахнуть тебя, Мэгги, — отвечаю я громко, чтобы это восприняли все микрофоны.
Если бы мне было двадцать, я бы так и поступил. Скорее всего, я бы ее трахнул. И считал бы, что правильно сделал. Как лицо мужского пола. И десантник. Но мне не двадцать. И она самая желанная женщина в моей жизни. Если не вспоминать Вьетнам. Напротив расположен тридцатитрехдюймовый телевизионный экран с пультом управления, находящимся у кровати. Я включаю телевизор на полную громкость. Это один из киноканалов. Джон Вейн играет ковбоя.
— Черт побери, Мэгги, как это все неловко, — говорю я.
— Вовсе нет, — отвечает она. — Это говорит о твоей мудрости и самообладании. Просто человек, идущий путем воина, не может руководствоваться собственным членом.
Наша дорогая Мэгги после долгого одиночества нашла себе нового возлюбленного. Мы тебя поздравляем, Мэг! На этот раз никаких галантных сердцеедов. Она нашла себе настоящего мужчину с большой буквы «М», и, кажется, ей это нравится. Мне бы тоже понравилось. Его зовут Джо Броз, и он высококлассный специалист в области безопасности. В старые времена таких людей называли детективами, и я воздержусь от каких-либо каламбуров на эту тему. Это единственное из моих новогодних решений, которое я в состоянии выполнить. Уже известно, что Джо Броз — ветеран-орденоносец и относится к тем, кто сражается за свою даму сердца. Поэтому, ребята, лучше не подходите слишком близко — не хотелось бы видеть ваши сломанные носы. Это настоящий мужчина. Мы первыми….»
Тейлор хочет, чтобы я подождал. Я выглядываю в окно. Дымка над городом сегодня особенно густая, в чем можно убедиться, глядя на нее с сорок третьего этажа. Пелена скрывает все, за исключением нескольких зданий. Они похожи на компьютерные модули островов, поднимающиеся из серо-коричневого моря. Самолеты, летящие над этими грязными испарениями, ныряют в них и бесследно исчезают.
Я оборачиваюсь. На меня с восторженным видом смотрит секретарша Мела. Ее зовут Бемби Энн Слайго. Она чем-то напоминает Мэгги Тетчер: облегающая голову, как шлем, стрижка, и вся она слишком жесткая для того, чтобы ее хотелось трахнуть. К ней все обращаются «миссис Слайго», даже Мел. Ей уже к пятидесяти, она ровесница Шер, но относится к другому разряду женщин: они к двадцати девяти достигают среднего возраста, а к тридцати шести начинают выглядеть как Барбара Буш.
Я ей улыбаюсь.
— О, мистер Броз, — выдыхает она.
Я снисходительно киваю, словно я звезда, а она из числа тех маленьких людей, которые меня ею сделали.
— Привет, Бемби. Как дела? — отвечаю я.
— О, мистер Броз, — повторяет она, как будто я ее любимая кинозвезда. — Я уже сказала мистеру Тейлору, что вы здесь, и он будет с минуты на минуту. Обещаю вам.
— Спасибо, Бемби, — отвечаю я, широко улыбаясь.
