XXII-й век, седьмой год идёт глобальная война к которой все приспособились и которой не видно конца. Идете вы с работы в пятницу а над головой ядерная вспышка там, в космосе, обычное дело. Однако у командования выстраиваются планы как конвертировать Войну, с большой буквы, в подобие холодной. Всего-то надо разбаланстровать Военный Процесс, тоже с большой буквы, и дать противнику понять что на этот раз все по-серьезному, без обмана и он может смело идти на деэскалацию не опасаясь очередной деконвенции, то есть обмана. Новый супершаттл для постановочного мятежа готов а спящий агент разбужен. Но человечество как оказалось не одиноко на своей Земле и в дело вмешиваются…Иллюстрации подобраны автором.
MDS Missile defense system, Противоракетная оборона
SAM Surface-to-Air Missile. Дословно «Ракета Земля-воздух», То же что и ПВО
ECM Electronic Cuonter-Measures, РЭБ
ETA Elapsed Time to Arrive, время, необходимое для прибытия в такую-то путевую точку при такой-то скорости.
AI Искусственный интеллект
— Если вам казалось, что на седьмой год Войны вы видели все, то сегодняшний день показал что это не так. — на экране был Джордж Тайлер, ведущий ежедневного шестичасового выпуска, появившийся в студии в экстренном порядке.
— По небу у нас теперь носится огромная ртутная лампа, которая бросается бомбами. Внутри сидит русский террорист-фанатик. Насколько мне понятно, сбить чертову штуку не так уж и легко — она два раза прошла над территориями «чинков», причем во второй раз довольно низко. Надо думать, они по-настоящему старались ее сбить. Тем не менее, она вынырнула из-за горизонта над Лондоном во второй раз. Наша оборонная система последнего поколения AEX AMANDA так же не справилась.
— Все же сообщения об угрозе повторного удара носят характер слухов, — попыталась ослабить нагнетание эмоций соведущая. — То, что было первым ударом, мы и так наблюдаем сплошь и рядом, по крайней мере, до недавнего времени, пока не появились лазерные селекторы.
— Это все довольно слабые утешения, и они лично на меня не производят никакого благотворного впечатления. Как вам нравится то, что новый шаттл был угнан, словно какой-то простой самолет?! Это уму не постижимо! — продолжал изображать баттхерт Тайлер. — А теперь я покажу вам еще кое что.
На экране появились выставленные рядом фотографии «Комбата» и «Дока».
— Вглядитесь в эти интеллигентные лица, — Тайлер изобразил кавычки. — на территории нашего важного союзника со сто четырнадцатого года существует самоорганизовавшееся гетто. Эта клоака живет по своим правилам уже шесть лет и никому нет дела. Ах да, сенатор Харлингтон прошлой осенью посетил регион в рамках своего знаменитого тура. В тылах у нас с тех пор все пошло по-новому. Жаль, что я этого не замечаю. Для тех, кто присоединился к нам не с самого начала сообщу, что террорист, как утверждается, тоже оттуда, как и все это суперфедералистское отребье, — Тайлер махнул рукой в сторону того места, где была наложена картинка с «Комбатом» и «Доком».
— Я искренне желаю спикеру парламента Российской Федеративной Республики господину Лебедеву как можно скорее и эффективнее провести ту санитарную операцию, которую он наметил. Мистер Лебедев, я с вами!
Казалось, вот-вот он перейдет на крик. Это было нормально — Тайлер фонтанировал эмоциями каждый раз, и это было неотъемлемой составляющей его выпусков. Сейчас уровень эмоциональной активности был чуть выше среднего — в таких случаях были слышны нечленораздельные обрывки слов — так соведущая пыталась что-то вставить, дабы чуть охладить своего шефа.
— Кстати насчет ртути, — наконец прорвалась соведущая. — Сообщают, что это не ртуть, а натрий. Еще замеры атмосферы показали отсутствие превышения содержания изотопов.
— Ну то, что это не ртуть, а натрий, все меняет. Можем расходиться по своим делам, — с деланной издевкой ответил Тайлер.
Следующим роликом была видеозапись, сделанная кем-то, находившимся в западной части России. Шаттл с работающим ионным экраном действительно напоминал комету, но больше он все же походил на взлетающую космическую ракету — тот же пузырь из светящегося газа и тонкий хвост позади.
Если на прошлой неделе слякоть под ногами замерзала с наступлением темноты, то сейчас пошли теплые ночи и грязь постоянно налипала на ноги, заметно утяжеляя обувь. Еще доконала простуда, никак не принимавшая какого-то более серьезного характера, что открыло бы перед Драговичем возможность пару-тройку дней проваляться в лазарете или просто в тепле.
То тут, то там освещение выхватывало из тьмы клочки перерытого поля и мельтешащих людей. Рычала техника, согнанная, как и люди, со всего региона. Что касается людей, то наконец-то, командование стало массово подтягивать и приезжих, которых мотивировали пока лишь методом убеждения, рассказывая, насколько им самим важно отстоять республику, давшую им убежище.
— Горючее закончится и у нас все остановится, — проговорил неряшливого вида мужичек, являвшийся, насколько знал Драгович, профессиональным строителем.
— Вручную продолжите, — холодно ответил Драгович.
— Не дело это, — с осторожностью в голосе ответил строитель.
— Я знаю, — равнодушно ответил Драгович. — интересно, что по этому поводу сказал бы ОМСДОН? — добавил он.
— Так точно, продолжим вручную, — ответил мужик. — Я просто хочу обратить внимание на тему горючки…