С этими словами он показал маленькую фарфоровую чашечку, которую до этого держал за спиной.
Изнемогавшие от жажды сыщики испытали ужасные мучения, когда увидели, как Мутушими, дьявольски улыбаясь, наклонил чашку так, что несколько капель воды пролилось на пол.
— Это вода — свежая, холодная, чистая, — проговорил он при этом, — образумьтесь, мистер Картер. Вам стоит сказать одно слово, и вы получите воду и пищу, вы получите миллионы и будете иметь возможность купить все, что есть на земле хорошего. А вы не решаетесь воспользоваться столь привлекательным предложением, ссылаясь на какие-то нелепости, вроде чести и совести. Да разве кто-нибудь станет интересоваться, честен ли был Ник Картер, если он умрет и тело его будет разлагаться в этом доме, куда еще долгие годы не ступит нога человека? Вместо вас жизнью будут пользоваться живущие, а хуже всего то, что никто никогда не узнает о вашем подвиге. А тут вот есть вода — свежая, живительная влага! О, как она хороша!
Мутушими увлекся в своем изощренном издевательстве до того, что просунул чашку сквозь решетку, намереваясь брызнуть водой в лицо сыщику.
Одним прыжком Ник Картер очутился возле двери и схватил Мутушими за руку с такой силой, что вода вылилась, а чашка упала и разбилась.
Дик и Патси глухо застонали. Они видели, как пролилась вода, но были уже настолько слабы, что не осознавали, почему это произошло.
С поразительным хладнокровием великий сыщик воспользовался моментом для решительного наступления.
Чашечка воды, которую коварный японец принес для того, чтобы поиздеваться над поверженными противниками, все равно не могла облегчить их страдания. Зато Нику Картеру представилась прекрасная возможность сойтись в поединке со своим врагом.
Тщетно барон Мутушими пытался вырваться. Когда он замахнулся свободной рукой, чтобы ударить узника по лицу, тот схватил его и за эту руку.
Несмотря на то что Ник Картер ослабел вследствие трехдневной голодовки, все-таки его в сравнении с Мутушими можно было считать богатырем.
Он крепко держал барона, как тот ни рвался и ни метался. Сыщик скорее дал бы растерзать себя в клочья, чем выпустил бы своего смертельного врага.
Барон Мутушими ревел и вопил, а строптивый арестант все крепче сжимал его руки. Это единоборство длилось несколько минут, пока измученный японец не отказался от дальнейшего сопротивления.
— Слушайте, барон, — проговорил Ник Картер решительным тоном, — если вы не хотите, чтобы я разукрасил вашу отвратительную рожу, а вы, я вижу, этого боитесь, и если вы не хотите, чтобы я вас задушил, то повинуйтесь моим приказаниям! Поняли?
— Понял, — задыхаясь от бессильной злобы, простонал японский лазутчик.
— Одну руку я теперь уберу, но другой буду держать крепко. Если вы осмелитесь отдернуть свободную руку, то я приведу в исполнение свою угрозу без малейшего промедления. Ну что же, вы оставите руку на решетке?
— Оставлю.
— Вот и отлично!
Ник Картер, как и обещал, отпустил одну руку японца и подождал немного, чтобы убедиться в его послушании. Затем достал из кармана кусок проволоки, которую нашел, когда ломал мебель.
Прежде чем барон успел сообразить, в чем дело, мнимый сенатор привязал его руку к решетке, так что тот лишился возможности отойти от дверей.
— Погодите, барон, это еще не все, — усмехнулся строптивый пленник. Он вынул другой кусок проволоки и, накинув в виде петли на шею своему заклятому врагу, закрепил его концы на дверной решетке таким образом, что тот не мог пошевелиться, если не хотел оказаться задушенным в этой импровизированной удавке.
И только после этого Ник Картер нагнулся и достал револьвер, который Мутушими уронил в тот момент, когда узник напал на него.
— Отлично, он заряжен, — произнес сыщик, взглянув на оружие. — Я весьма благодарен вам, барон, ведь даже если теперь явится хоть тысяча ваших друзей, то вы все равно не уйдете от меня. Зарубите это себе на носу! При первой же попытке нападения на меня или моих друзей я пристрелю вас, как собаку!
— К чему все это?! Уйти отсюда вы все равно не можете, — прохрипел японец.
Он так дрожал от страха, что у него зуб на зуб не попадал.
— Сейчас вы узнаете, к чему это. Сначала скажите, кто еще, кроме вас, находится в доме? — спросил сыщик с таким удивительным спокойствием, что можно было только восхищаться его выдержкой.
— Кроме меня, еще два… два…
— Успокойтесь, барон, а то вас удар хватит! Я хочу знать, что у вас в карманах.
— Ничего интересного для вас.
— Уж позвольте мне самому решить, что интересно, а что нет.
Ник Картер вынул из карманов пленника складной нож, бутылочку с хлороформом, толстую записную книжку, сплошь испещренную заметками на японском языке, и большую связку ключей. Все остальное он оставил на прежнем месте.
