Спустя несколько секунд они втроем достигли дна помещения. Но вдруг сверху засиял свет электрических прожекторов. Мутушими заметил, что его жертвы избежали расставленной им западни.
В отверстии одного из туннелей показалась худощавая фигура человека. Это был сам барон. При виде беглецов он заревел, как дикий зверь.
— Сюда! Сюда! — кричал он. — Живо! Давайте ружья! Стреляйте в них, но не убивайте! Я должен поймать их живыми!
В ту же секунду Ник Картер столкнул Тен-Итси через сточное отверстие в реку. Сам он бросился вслед за принцем, прижимая лицо Талики плотнее к своей груди, чтобы она не задохнулась под водой.
Сыщик скрылся вовремя. В круглом помещении грянул залп из двадцати ружей. Но пули ударились о стены, не причинив никому вреда.
Нику Картеру не составило большого труда проплыть по подземной реке, держа в своих объятиях девушку. Правда, потоки воды неслись под уклон, но это было неопасно, поскольку в русле не попадалось камней и каких-либо препятствий.
Когда река наконец вышла из-под земли на свет, сыщик увидел по ее берегам лес.
Тен-Итси уже успел выбраться на берег и помог своему наставнику вылезти из воды. Они опустили бедную Талику на мягкую траву. Затем принц попросил сыщика пройтись с ним вдоль берега.
На расстоянии нескольких шагов от того места, где вышел из воды молодой японец, река делала поворот. Здесь лежали трупы двух японцев, рабов Мутушими. Голов у них не было.
— Мне кажется, — сказал молодой японец, — Дик и Патси еще живы.
— Да, и я так думаю, — ответил Ник Картер, — по всей вероятности, Мутушими обезглавил двух своих слуг и загримировал их головы, чтобы ввести нас в заблуждение.
— Что же дальше, начальник? — обеспокоенно спросил Тен-Итси.
Сыщик выпрямился и указал на дом барона, возвышавшийся на холме в лунном сиянии.
— Я не знаю, что будет со мной, — ответил он, — но одно могу сказать твердо: я освобожу своих друзей или умру. А что намерен делать ты, Тен-Итси?
— Я пойду с вами в огонь и воду! — воскликнул молодой японец и крепко пожал руку Нику Картеру.
Ник Картер и молодой принц Тен-Итси сидели на берегу реки, а рядом с ними лежала молодая красивая девушка. Одежда их промокла насквозь, а по лицам видно было, что они находятся в крайне подавленном состоянии.
То и дело беглецы оглядывались по сторонам, не появятся ли откуда-нибудь враги.
Пережив неописуемые страдания, Ник Картер вместе с Диком, Патси, Тен-Итси и молодой гейшей Таликой бежали из поместья, принадлежавшего японскому шпиону барону Мутушими.
Во время бегства Дик и Патси снова были захвачены в плен и томились в поместье барона. Поместье это находилось в одной из японских провинций, вдали от Токио, где Мутушими проживал в полной независимости, располагая сотнями хорошо вооруженных и преданных ему слуг.
Кроме сыщика и его помощников, барон Мутушими вывез из Америки еще и сенатора Марка Галлана. На родине всех их считали умершими, а на самом деле они уже долгое время влачили жалкое существование, томясь в рабстве у Мутушими.
Сын императора Тен-Итси и красавица Талика, тоже находившаяся в плену у коварного барона и его супруги, помогли сыщикам бежать.
Но на свободе оказался только Ник Картер. Его помощники и сенатор Марк Галлан по-прежнему были в руках у Мутушими.
Несмотря на то что у сыщика не было никакого оружия и ему ежеминутно угрожала опасность со стороны приспешников барона, он принял отважное решение снова вернуться в дом Мутушими и во что бы то ни стало освободить своих друзей.
Тен-Итси изъявил готовность разделить со своим бывшим начальником все опасности.
— Но что, в сущности, мы можем предпринять, начальник? — спросил молодой японец, выслушав сыщика. — Мы устали, нас мучает голод, одежда промокла насквозь, и что хуже всего — мы растеряли оружие и, кроме кулаков, нам нечем защищаться. Между тем нам придется иметь дело с сотнями хорошо вооруженных воинов.
— И пусть, — проворчал Ник Картер, — либо я освобожу Дика, Патси и сенатора, либо… впрочем, ты можешь и не сопровождать меня, если не хочешь.
— Что вы такое говорите? — возмутился принц. — Вы же знаете, я смерти не боюсь! Но к чему жертвовать жизнью, если это не принесет пользы нашим друзьям? Повторяю: возвращаться в поместье барона без оружия и помощи равносильно самоубийству. Нас, несомненно, схватят еще по дороге.
— Все это я понимаю, Тен-Итси, — с некоторым нетерпением ответил бывший наставник, — но что же нам делать? Не бросать же наших друзей на произвол судьбы!
Молодой человек заговорил не сразу. Он глубоко задумался и наконец произнес:
— У меня есть кое-какие соображения, но ведь с нами Талика, и потому ничего из этого не выйдет…
Лежавшая на траве девушка услышала слова юноши, хотя он и говорил почти шепотом. Она открыла глаза и взглянула на молодого принца.
— Принц Тен-Итси, не беспокойтесь обо мне, — прошептала прелестная гейша, — у меня только одна просьба: разрешите мне находиться рядом с вами.
— Но ведь это немыслимо, — возразил Тен-Итси, — ты слишком утомлена, Талика. Если бы ты могла пройти хотя бы некоторое расстояние…
