Как ни удивительно, но и в этой каменистой пустыне на схваченной льдом почве росли кривенькие, пригнувшиеся деревца рододендрона, покрытые мхом. Я уже набрал охапку веток, когда увидел в десятке шагов от себя кабаргу, а чуть подальше — фазана. У меня было вполне достаточно сушеного мяса в рюкзаке, поэтому я лишь полюбовался издали этими экзотическими животными и вернулся к выбранному для привала месту.
Но лишь только я разжег огонь, как ощутил чье-то присутствие. Я взял винтовку на изготовку и обернулся: в пятидесяти ярдах от меня стоял человек. Он помахал мне рукой и стал медленно приближаться. Из-под низко надвинутого на широкоскулое лицо капюшона на меня смотрели раскосые глаза-бусинки. На ногах у незнакомца были сапоги из кожи горного козла.
— Ты ждать проводник! — крикнул он на ломаном английском. — Мой приходить рано. Твой ходить в гости к Лиунгхи?
Я кивнул, опустив ствол винтовки, и он взмахом руки предложил мне следовать за ним.
— Долгий путь! Всю ночь нужно идти по |этой дороге!
Я пожал плечами: идти ночью столь опасным путем, по-моему, вообще не стоило, но спорить с проводником мне не хотелось. Проводить ночь у костра под завывание волков и ветра — тоже не лучший выход, тем более, что на огонек вполне мог заглянуть и загадочный снежный человек йети, обитающий в этих глухих местах. С сожалением посмотрев на сложенный костер, я последовал за непальцем.
Он шел с ловкостью и уверенностью горного козла, и вскоре я начал отставать, спотыкаясь и едва не падая на неровной тропе. Проводник мой, однако, внезапно сошел и с нее и начал карабкаться по склону, цепляясь за выступы и камни. Мы поднимались в темноте вверх почти на ощупь, пока из-за туч не появилась полная луна, осветив окрестности волшебным серебристым светом. Снег и лед тотчас же засверкали, словно бриллианты, чудесным образом контрастируя с черными утесами и мрачными бездонными расселинами. Фигура непальца четко вырисовывалась на широком уступе в нескольких шагах от меня.
— Мы отдыхать здесь, — сказал он, присаживаясь на корточки.
Я опустил рюкзак на снег и обвел восторженным взглядом изумительную панораму, впечатление от которой не мог испортить даже свирепый мороз.
Мой шеф любит повторять, что хороший сотрудник специальной службы должен обладать ловкостью кошки, выдержкой акробата, чутьем спрута и прозорливостью ясновидца, — лишь в этом случае он имеет шанс остаться в живых, занимаясь столь опасным делом, как наше. Эти слова вспомнились мне, когда я внезапно почувствовал, что волосы у меня на голове вдруг стали подниматься. Я обернулся как раз в тот самый момент, когда мой проводник подкрался к мне с вытянутыми вперед руками, намереваясь спихнуть меня с выступа вниз.
Упав плашмя, я схватил его за ногу — он не устоял на скользкой поверхности, повалился на меня, и мы оба поползли к краю скалы. Оттолкнувшись одной ногой, я выбрался из-под коварного туземца, но проворный сын непальских гор извернулся, словно барс, и прыгнул на меня. Я снова упал, ударившись спиной, и злобный азиат вцепился мне в глотку. Я отпихнул его и вскочил на ноги. Непалец стал медленно приближаться, и я мысленно упрекнул себя за то, что не положил пистолет в карман парки. Моя винтовка валялась на снегу в нескольких шагах от меня. Слегка присев и вытянув вперед руки, проводник не спускал с меня настороженных глаз.
Я взглянул на его ноги и заметил, что он переносит центр тяжести тела на правую ступню, готовясь к удару. Нырнув влево, я двинул ему снизу по подбородку. Он отлетел назад и треснулся затылком о выступ калы. Я ринулся к нему, чтобы добить, но споткнулся о камень и сам едва не растянулся, лишь в последний миг успев схватиться за выступ руками. Непалец воспользовался моим промахом и попытался ударить меня ногой по голове. Однако мне удалось перехватить его ногу и вывернуть ему ступню. Проводник упал, я рубанул ему ребром ладони по руке и ткнул локтем в горло. Защищенный толстой паркой от этого приема каратэ, непалец извернулся и выхватил длинный кривой кинжал. Я успел отшатнуться, но острое лезвие распороло на мне парку от груди до полы. Воспользовавшись этим, я сунул в дыру руку, нащупал свой «люгер» и выстрелил. Пуля отбросила мерзавца назад, он медленно осел и, повалившись на бок, испустил дух.
Я обыскал труп, но ничего не нашел. Его парка оказалась мне мала, но я все равно стянул ее с него и засунул под свою, закрыв дыру от ветра. Мне ничего другого не оставалось, кроме как вернуться к костру. Пойди я один вперед, наверняка замерз бы в безлюдном ледяном ущелье. Убитый непалец, как мне стало ясно, не был моим настоящим проводником. Но придет ли кто либо еще на место встречи? Оставалось лишь терпеливо ждать. Я подобрал винтовку и отправился в обратный путь. Вскоре я вновь оказался возле сложенной мною пирамиды из веток, разжег костер, согрелся и задремал.
