Однако, начиная с этой минуты, имена преступников не упоминались, и Ник был вынужден сделать вывод, что Веннер действительно не знает, с какими людьми на самом деле имеет дело.
Все взгляды обратились на сыщика, который стоял, слегка покачиваясь, и Сервера, угрожающе насупив брови, громко осведомилась:
— Ну, злодей, что скажешь в свою защиту?
— Я? — Ник делал вид, что собирается с мыслями. — Ничего.
— Я так и думала.
— А что мне говорить? Зачем вы меня сюда притащили, да еще связали?
— Скоро узнаешь, — угрожающим тоном сказала Сервера. — Что ты делал у моего дома?
— Ничего такого, — уклончиво ответил Ник, дожидаясь, чтобы стало понятно, откуда ветер дует.
— Ничего такого! — презрительно повторила Сервера. — С нами этот номер не пройдет.
— Просто хотел поспать в вашей конюшне, — пробормотал Ник.
— Врешь, собака! — взвилась Сервера. — Ты заглядывал в окно дома.
— Я заглядывал?
— Ты собирался украсть мои драгоценности! — зло прибавила Сервера, и глаза ее загорелись, засверкали, как драгоценные камни, на которые она указала. — Вот чего ты хотел, каналья!
— Вы так думаете?
— Я в этом уверена!
Ник на это и надеялся.
— Я жалею только об одном: что пуля моего стража не оборвала твою гнусную жизнь, — добавила испанка сердито.
— Мы это можем устроить прямо сейчас, сеньора, — вставил Мэтью Столл с мрачной решимостью.
Ник слишком часто был свидетелем таких игр и понимал, что это блеф. Впрочем, нельзя было исключить и другого варианта: они его узнали, но не показывали этого, действуя по какому-то своему, тщательно продуманному плану.
— Если, по-вашему, я вор, отчего же вы не сдаете меня полиции? — поинтересовался он.
Уловка сработала. Сервера на мгновение замешкалась с ответом, и Ник пришел к выводу, что им известно, кто он, и поэтому они не вызывают полицию.
Однако эти люди так старались не показать, что узнали Ника Картера, что сам Ник решил подыграть им, а потом нанести ответный удар: назвать себя и тем самым заставить их думать, что он не узнал Килгора и Столла и ни в чем не подозревает сеньору Серверу.
Ход был хитрый и требовал особой осторожности.
— Так почему вы не сдадите меня полиции, если думаете, что я вор? — повторил он свой вопрос, так и не дождавшись ответа.
— Полиции? Фу! — насмешливо воскликнула Сервера. — Зачем? Ты ведь выкрутишься, а то и сбежишь и снова вернешься сюда, чтобы меня обворовать.
«Так-так… Они меня не отпустят, пока не узнают, что мне известно. Что ж, поиграем в ваши игры», — подумал Ник.
— К черту полицию! — быстро добавила испанка. — В моей стране есть лучший способ избавляться от таких злодеев, как ты.
— Какой же?
— Карамба! Гаррота!
— То есть вы их душите, да?
— Или кинжал!
— Меж ребер, я так понимаю.
— Да! Ты это заслужил.
— Только со мной вы ничего этого делать не станете, — без тени сомнения в голосе заявил Ник.
— Ты что, предсказатель?
— О, в этом я совершенно уверен.
— Полиция до нас не доберется, и не надейся, — вскричала Сервера. — Карамба! Мы закопаем твои жалкие кости так, что их не найдут никогда. И не думай, что мы побоимся это сделать.
— Вы не сделаете этого.
— Не сделаем?
— Нет, сеньора Сервера.
— Как смеешь произносить мое имя ты, ничтожество? — завопила танцовщица, негодующе сверкая глазами. — Мы не убьем тебя? Да я прикажу это сделать прямо сейчас, мерзавец! Я ненавижу таких ползучих тварей, как ты.
Ник рассмеялся.
— Если бы вы приказали это сделать, сеньора, и если бы даже у моего горла был нож, — сказал он, — ваш приказ отменили бы.
— Что?! Кто? — вскричала Сервера, задохнувшись от гнева. — Сейчас ты узнаешь, кто здесь главный…
— Ваш приказ не будет выполнен, сеньора.
— Это почему?
— Его отменит наш общий друг, мистер Руфус Веннер, которому я сейчас объясню свое поведение. И я умоляю вас, сеньора, простить меня за то, что сделал вас мишенью своих подозрений, — убежденно произнес Ник, внезапно напустив на себя горделивый вид.
Его слова заставили Веннера вскочить с кресла.
— Боже правый! Что вы хотите этим сказать, сэр?
— Да, что это значит? — проревел Килгор, отрываясь от спинки стула и берясь за револьвер.
Ник сделал вид, что не заметил этого движения.
— Это всего лишь значит, господа, что я не вор, — ответил Ник своим натуральным голосом и начал связанными руками снимать маскировку. — Позвольте мне, мистер Веннер, показать свое настоящее лицо.
— Тысяча чертей! — возопил Веннер. — Вы… Вы Ник Картер!
— Собственной персоной. — Ник с улыбкой поклонился и бросил парик и накладную бороду на стол. — Веннер, вы кажется, удивлены? А впрочем, это не важно.
Но это было не совсем так, поскольку он до сих пор не знал наверняка, чему можно верить.
Однако на лицах Килгора и Мэтью Столла появилось скорее выражение затаенного ликования, нежели удивления. Они оба явно были убеждены, что Ник не узнал их и даже не подозревал, что сам был узнан. Именно этого Ник и добивался, именно на это и был рассчитан мастерский ход с разоблачением.
