— Это, наверное, оттого, что ты теперь — контрактный агент ЦРУ и общаешься людьми высшего сорта.
— Вроде Эванса?
— Уел. Но навскидку могу сказать, что у этого человека больше заслуг в борьбе с коммунизмом, чем у тебя.
— Коммунизм — помеха для бизнеса. И не стоит притворяться, что он — нечто большее.
Бэнистер сунул за ремень большие пальцы рук:
— Если ты полагаешь, что сказал мудрую вещь, — ты, к сожалению, ошибаешься.
— Да ну?
Бэнистер улыбнулся самодовольной улыбкой:
— Принятие коммунизма равнозначно сочувствию коммунистам. Твой старинный враг Уорд Литтел принимает коммунизм, и один мой друг из Чикаго рассказал мне, что мистер Гувер собирает на него досье, как на сторонника коммунизма. Видишь, до чего может довести такое принятие коммунизма?
Пит защелкал суставами пальцев.
— Пойди приведи Локхарта. Ты знаешь, чего хочет Бойд, — так объясни ему это. И с этого момента попрошу тебя — к черту лекции, ладно?
Бэнистер скривился. Бэнистер открыл, было, рот.
Пит сделал шутливый выпад — как пугают ребенка.
Бэнистер с удвоенной скоростью открыл люк и выбрался наружу.
Тишина и холодок — это было прекрасно. Консервы и выпивка — еще лучше. Да и девочки на стенах были хороши, особенно Мисс Июль.
Если, скажем, русские сбросят атомную бомбу. И ты здесь спрячешься. Могут начаться клаустрофобия и галлюцинации — и покажется, что женщины — настоящие.
Локхарт открыл крышку люка. На нем была испачканная сажей простыня, схваченная поясной кобурой с двумя револьверами.
У него были ярко-рыжие волосы и веснушки. И тягучий выговор уроженца Миссисипи.
— Бабки меня устраивают, и переехать во Флориду я тоже готов. Но вот запрет на линчевание можете засунуть себе в задницу.
Пит двинул ему левой. Дуги Фрэнк устоял на ногах — умение сохранять равновесие на пять с плюсом.
— Да я убивал белых ублюдков вроде тебя быстрей, чем ты только что мне врезал!
Дурацкая бравада: три с минусом.
Пит снова его ударил. Локхарт вытащил револьвер под правой рукой — но курок взводить не стал.
Нервы: пять с плюсом. Осторожность — на четыре с минусом.
Локхарт отер кровь с подбородка.
— Кубинцы мне нравятся. И я могу распространить понятие «превосходства белой расы» и принять вас и ваших парней в мой клан.
Чувство юмора: пять с плюсом.
Локхарт выплюнул выбитый зуб.
— Скажите мне что-нибудь хорошее. Чтобы я поверил, что меня позвали сюда не только затем, чтобы сделать из меня боксерскую грушу.
Пит подмигнул:
— Мистер Бойд и я можем — чисто в качестве бонуса — поспособствовать тому, чтобы Управление подарило тебе собственный клан.
Локхарт живо расшаркался а-ля Степин Фетчит[31]:
— Спасибо, масса! Если бы вы были верны клану, как настоящий белый человек, я бы поцеловал подол вашей простыни!
Пит дал ему по яйцам.
Тот согнулся, но не взвизгнул и не захныкал. Взвел курок своего револьвера — но стрелять не стал.
Словом, прошел по оценкам.
Такси не спеша плелось в центр. Кемпер разложил на своем дипломате кое-какие документы.
На схеме были изображены поделенные на округа штаты первичных выборов. В поперечных колонках значились имена его знакомых представителей местных правоохранительных структур.
Перед теми из них, кого он полагал сторонниками демократов, он ставил галочку. А закоренелых приверженцев великой старой партии, то есть республиканцев, напротив, вычеркивал.
Это было скучнейшее занятие. Джо мог попросту купить Джеку Белый дом.
Уличное движение было до безобразия медленным. Его таксист то и дело кому-то сигналил. Кемпер снова играл сам с собой в «адвоката дьявола» — попрактиковаться в конспирологии никогда не повредит.
Бобби постоянно расспрашивал его о постоянных поездках во Флориду. В его ответах звучало почти негодование.
— Я же отвечаю за передачу в правоохранительные органы материалов комитета, так? А дело Солнечной долины застряло у меня в горле, и, потом, по закону штата Флорида Джек должен победить на общих выборах. И мне надо будет пообщаться с недовольными политикой профсоюза водителями грузовиков.
Такси проезжало трущобы. Он вспомнил об Уорде Литтеле.
Почти месяц они не переписывались и не говорили по телефону. Убийство Д’Онофрио облетело СМИ и осталось нераскрытым. Уорд не позвонил, не написал — словом, никак не прокомментировал произошедшее.
Нужно связаться с Уордом. Нужно установить, стала ли гибель Безумного Сэла следствием того, что он был информатором Уорда.
Водитель остановился у «Сент-Реджиса». Кемпер заплатил по счетчику и быстро направился к стойке.
Его встретил портье. Кемпер сказал:
— Пожалуйста, позвоните в мой номер и попросите мисс Хьюз спуститься ко мне.
Тот надел наушники и защелкал кнопками. Кемпер посмотрел на часы — они порядком опаздывали на ужин.
— Занято, мистер Бойд. Она разговаривает по телефону.
Кемпер улыбнулся:
— Должно быть, с моей дочерью Клер. Вечно часами болтают по телефону за счет отеля.
— Вообще-то мисс Хьюз разговаривает с мужчиной.
Кемпер ощутил, как все внутри него сжалось.
— Дайте-ка мне наушники, а?
— Вообще-то-о-о…
Кемпер сунул ему десять долларов.
— Ну-у-у-у-у…
