— Конечно, они страшно огорчатся, но я пообещаю, что в следующий раз все непременно состоится.
Восемь секунд.
— Еще бы я не хотел услышать подробностей! Точно. Пока, Джек.
И Кемпер положил трубку. Джек и Мэрилин на телеэкранах почти стукнулись головами.
Он только что создал райское лакомство для вуайериста — любителя «жучков». Гувер точно теперь кончит себе в штаны — а может, и выдумает какую-нибудь безумную легенду.
Вайоминг покорился Джеку-Бесхребетнику. Делегаты с ума посходили от счастья.
Хьюз убавил звук в телевизоре и заерзал на подушках.
— Он номинирован. Однако это еще вовсе не значит, что его выберут.
Пит сказал:
— Да, сэр.
— Ты нарочно прикидываешься дурачком. «Да, сэр» — не есть правильный ответ. Сидишь в моем кресле и еще к тому же нарочно грубишь мне.
На экране замерцала реклама: ««Якер Олдсмобиль» — выбор избирателей!».
— Тогда как насчет: «Да, сэр, у Джека, конечно, шикарный причесон, но на всеобщих выборах твой парень Никсон ему покажет».
Хьюз сказал:
— Это уже лучше, но мне все равно кажется, что ты грубишь.
Пит защелкал суставами пальцев:
— Я прилетел сюда, потому что ты хотел меня видеть. Я привез тебе трехмесячный запас дури. Ты сказал, что желаешь поговорить об этой твоей головной боли с уклонением от повесток, и я готов ее обсуждать, но пока что все, что ты делаешь, — ругаешь Кеннеди.
Хьюз пробормотал:
— А вот это уже
Пит вздохнул:
— Тогда зови своих мормонов, и пусть укажут мне на дверь. Пусть тебе тогда твой Дуэйн Спарджен дурь привозит в нарушение ста с хреном законов штата и федеральных в придачу.
Хьюз поморщился. Натянулись его внутривенные катетеры; задрожала бутылочка с кровью. Вампир Говард: сосет кровь через трубочку внутривенных переливаний, чтобы обеспечить себе долгую жизнь без микробов.
— Ты — очень жестокий человек, Пит.
— Нет. Как я уже говорил, я твой очень жестокий человек.
— Твои глаза стали маленькими, как у зверя. И ты как-то странно на меня поглядываешь.
— Да все боюсь, что ты вцепишься мне в шею. Я, конечно, всякого повидал, но ты в образе Дракулы — это что-то.
Хьюз заулыбался своей сучьей улыбочкой.
— Не менее удивительно то, что ты борешься против Кастро.
Пит улыбнулся в ответ:
— Есть что-то действительно важное, о чем ты хотел бы со мной поговорить?
В телевизоре снова замелькали кадры со съезда партии. Сторонники Джека-Бесхребетника восторженно вопили и падали в обморок от избытка чувств.
— Я хочу, чтобы ты проверил на вшивость стратегию избегания повесток, которую разработали мои мормоны. Просто они тут придумали какой-то хитроумный…
— Мы могли бы обсудить ее по телефону. Ты уклоняешься от повесток по делу компании «Трансуорлд эйрлайнз» года с пятьдесят седьмого, и я не думаю, что министерству юстиции это все еще интересно.
Хьюз покрутил приспособление, с помощью которого управлял капельницей. Кровь в бутылочке из красной стала розовой.
Пит вздохнул. Пит сказал:
— Слушаю.
— Когда я наконец решусь распродать «Трансуорлд», я использую деньги от продажи для покупки отелей-казино в Лас-Вегасе. Я хочу накопить побольше денег, которые невозможно будет отследить, и дышать целебным воздухом пустыни. И чтобы администраторами в моих отелях были бы мои коллеги-мормоны, чтобы они сделали так, что негры, эти потенциальные разносчики заразы, были бы вежливо, но твердо изгнаны от самых дверей моих заведений; и еще я хочу создать базу для потока наличности, который позволит мне вкладывать средства в различные отрасли оборонной промышленности и не платить налоги за начальные инвестиции. Я…
Пит перестал его слушать. Хьюз все сыпал цифрами — миллионами, десятками миллионов, сотнями… В телевизоре мелькал Джек К. — все вещал: «Голосуйте за меня!», правда, с убавленным звуком.
В голове у Пита тоже крутились цифры.
Литтел был на озере Дженива — охотился за подлинными бухгалтерскими книгами фонда. Там живет Джулиус Шиффрин — уважаемый ветеран чикагской мафии. Есть кое-какая вероятность того, что эти книги хранятся у него дома.
Хьюз отрезал:
— Пит, ты меня не слушаешь. Прекрати смотреть на этого страшного человека и смотри на меня.
Пит нажал кнопку. Улыбка Джека-Причесона постепенно исчезла с экрана.
Хьюз прокашлялся.
— Так-то лучше. А то, смотрю, ты глядел на этого парня прямо-таки с восхищением.
— Не на него, а на его волосы, босс. Просто диву даюсь, как ему удается их так причесывать.
— У тебя короткая память. И ты забыл, что я завожусь с пол-оборота, когда мне отвечают с иронией.
— Да ну?
— Да. Я могу напомнить тебе еще кое-что: ту историю двухлетней давности, когда я дал тебе тридцать тысяч, чтобы ты попытался скомпрометировать нашего мальчика, подложив под него проститутку.
— Помню.
— Ответ неполный.
— Полный ответ звучит так: «Все меняется». Неужели ты думаешь, что Америка захочет лечь в постель с Диком Никсоном, когда она может поиметь Джека?
Хьюз откинулся на своих подушках. Зазвенели пружины кровати, закачалась капельница.
— Ричард Никсон принадлежит мне.
Пит сказал:
