Все стало оранжевым.
«Фальсификация!» «Фальсификация!» «Нас обманули!»
Эфир взорвался!
Дружинин переключил на «синий» канал. Лица ведущих были растерянны. Они твердили каждые пять минут, что их кандидат победил, но твердой уверенности в голосах не было.
Переключил на «оранжевый». Студенты такого-то университета бросили пары и пошли на майдан Незалежности. Кто-то заявил, что студентов, которые находятся на майдане, преследовать не будут. Журналисты призвали не поддаваться на провокации. «Все на майдан! Отстоим демократию!»
Повинуясь пьяному порыву, Дружинин полез в шкаф искать чего-либо оранжевого из одежды. Потом, не найдя ничего подходящего, плюнул и, наоборот, нацепил голубую куртку.
Снова стал глядеть в телик.
Журналистка в кадре, позади флаги, лозунги, лицо взволнованное, ведущий спрашивает:
– Тамара! Расскажите, что происходит?
– Тут собрались десятки тысяч наших сограждан, и постоянно прибывают люди из других регионов. Избиратели требуют справедливости, настроение приподнятое. Появился спонтанный палаточный городок. Люди сами разбивают палатки! Людей очень много. Просьба к киевлянам – помочь иногородним кто чем может. Необходимы медикаменты, теплая одежда, вода, еда. Не дадим задушить демократию! Павел?
– Спасибо, Тамара. В левом нижнем углу вы видите телефоны, по которым можно узнать адреса районных штабов, куда вы можете отнести перечисленные предметы помощи.
– Павел! Только что поступило сообщение, что из Центризбиркома собиралась выехать грузовая машина, но ее не выпустили. В ней лежат бумаги, похожие на бюллетени! Павел!
– Тамара! Могли бы вы поподробнее рассказать?
– Машина хотела выехать, но ее не пустили. Павел!
Запустили видеоряд, музыка трогательная, драматически-пафосная. Улыбающиеся лица, огромные оранжевые флаги, флажки. Все в замедленном ритме.
На плечах у отца сидит малыш с флажком.
Много молодежи. Много уставших, небритых, видно, ехавших издалека.
На другом канале показывали, как девчонки-студентки дарят милиционерам, стоящим в оцеплении, цветы.
А какой-то человек с перекошенным ртом орал: «Милиция – с нами! Милиция – с народом!»
Кажется, он где-то уже его видел, кажется, в Грузии… Или в Сербии.
Переключил канал.
«Синие» так и не пришли в себя.
– Это переворот! – говорил какой-то одинокий депутат с Восточной Украины.
Ответили своей страшилкой телевизионщики. Хроника. Идет фюрер вдоль шеренги мальчишек, нежно похлопывает одного по щеке. «Диктаторы всегда в своих целях использовали детей». Показывается папаша в толпе на майдане, у которого на плечах мальчик с оранжевым флажком.
Этот журналистский шедевр показали раза три. Умора!
Но папаша Дружинина и правда раздражал: какого черта туда потащил хлопца? Мало ли?
Дальше идут кадры, снятые скрытой камерой: штаб революции на Европейской площади, «оранжевый» отсчитывает пятидесятигривенные купюры, изможденное лицо молоденькой девушки… И сразу же фюрер, дети…
Революция революцией, но и дела забрасывать тоже не надо. Надо было двигать за ПЫВОМ.
Надо было вообще «на вулицю» выйти подышать. Только не учел Дружинин одного момента, куртка-то у него была синего цвета, а брюки и ботинки – черного. И еще он взял кулек, чтобы на обратном пути ПЫВА купить, а он был тоже синий!
Хорошую пивную Дружинин помнил – была на Крещатике. Вышел… Ба! А вокруг все оранжевое.
И сразу подбегает к Дружинину молоденькая девушка с оранжевыми шариками и кричит: «Фальсификации нет! Они тебя обманывают! Мы не быдло, мы не козлы!» И протягивает Евгению Васильевичу шарик: «Будь с народом! Будь с нами!»
Ну, а у Дружинина с похмелья руки-то трясутся, сигарета дымится, и шарик, когда он его брал, на нее напоролся и взорвался. Посторонние наблюдатели тут его сразу окружили, а один из них серьезно так сказал: «Не поддавайтесь на провокации». Дружинин так растерялся, что ничего не ответил. А народ разошелся.
Пришел Евгений Васильевич в намеченный им пивбар, а там тоже все одним цветом.
Заходит Дружинин в заведение и примечает, на шее у каждой официантки – оранжевая ленточка. И у бармена, и даже у вышибалы на дверях – тоже по такой. Заказал себе пива… Официантка два бокала принесла. А на шее у официантки оранжевый платок.
Выпил Дружинин пивка. Голову вроде как отпустило. Прошелся по Крещатику до майдана. Там поедают шоколадного кандидата от «синих», возле входа в палаточный городок перед Дружининым выросли три хлопца, загородили проход и часто-часто на него поглядывали, недоверчиво. Хот-доги продаются, магазины открыты. Шум невыносимый!
На трибуну вытащили какую-то безумную бабку, и она орала в микрофон народную правду.
Ну и чего? Пойти, что ли, до хаты?
Ну… Поехал домой.
Выставил из кулька ПЫВО, достал водку… Включил телик.
Экран сообщал очередные новости. В Киев приехала команда поддержки «синих», «оранжевые» встретили их с цветами.
Лига чемпионов. «Шахтер» играл не в оранжево-черной, а в белой форме. «Динамо» играло оранжевым мячом. Правда, из-за снегопада. Пьянея, Дружинин начал уставать.
Ну… А ну их всех!
И отключаясь, снова забыл выключить телевизор. Так и уснул… Прямо на полу.
Утром позвонил Сипитый.