Амир как эти цветы, я села на пол рядом с букетом и стала его рассматривать. Прекрасен, как цветок, внешне ничем не отличается, пока не коснешься и не поймешь, что это не живая ткань, а камень. Баба-Яга и Каменный Цветок, невообразимое доселе семейство. А Фиса еще о какой-то песне мне говорила, какие звуки могут издавать клюка и камень?
– Такие цветы создавал мой народ.
Я даже не вздрогнула от голоса Амира.
– Очень красиво.
– Но ты любишь живые. А это камень.
– Тогда, во время ритуала… у тебя был белый камень. Это какой-то знак?
– Да, камень вождя. Подобных ему природа уже не создает.
Он опустился рядом со мной, сложил руки на коленях, и низко опустил голову.
– Я как этот камень.
А что-то общее все-таки у нас есть, одинаковые образы появляются в голове. Интересно, а как он меня представляет? Неужели знает о нашей Бабе-Яге?
– А я как что? Как ты видишь меня?
– Ты Фисе сказала, что ты как Баба-Яга.
Надеюсь, Амир не видел выражения моего лица, потому что я сразу опустила голову и старалась не захихикать, даже губы закусила.
– Я посмотрел в книгах различные образы этой вашей колдуньи.
Мне не удалось сдержаться, и я засмеялась.
– Похоже?
– Для меня ты не такая.
– Какая?
– Ты солнечный свет в небесах.
– Свет?
– Ты можешь согреть, можешь сжечь своим огнем, а можешь исчезнуть в темноте. Или погаснуть, исчерпав все свои силы.
Странное тепло охватило мое тело, как будто на меня действительно направили луч солнца и он согрел меня в ледяном одиночестве. Не сразу я смогла посмотреть на Амира, такое неожиданное сравнение повергло меня в шок. Свет, интересно, не луч, а именно свет. Но свет, это что-то совершенно бестелесное, нейтрино и еще что-то из физики, а тело тогда как? Почему оно так на камень реагирует? Пытается согреть? А этот камень, хочет ли он, чтобы его согревали?
Амир смотрел на меня голубым сиянием, в котором жила безнадежность. И руки совершенно безнадежно лежали на коленях, длинные пальцы повисли, казалось, что силы покинули их навсегда.
– Баба-Яга как образ ближе к действительности.
Он улыбнулся грустной улыбкой и покачал головой:
– Нет. Это сам свет нарисовал такую картинку. Спрятался от камня, чтобы тот своим холодом и темнотой его не погасил.
И что я на это могу ответить? Я лишь коснулась цветка пальцами, но он был слишком холодным, и я убрала руку.
– Он тебя не греет.
– Нет.
Отсутствие тепла в камне – явление нормальное, откуда оно в нем может быть? От света. Я замерла с протянутой к живой алой розе рукой, потом решительно достала одну из них – ни одного шипа, совершенно гладкий стебель – и вставила ее в букет каменных цветов. Полюбовалась ее ярким пятном среди белоснежных роз, и достала всю охапку. Мне пришлось подняться, и Амир подал руку, я оперлась на нее и заявила:
– А мы им поможем согреться.
Я вставляла алые розы среди белоснежных, и они постепенно приобрели красноватый оттенок, алых было больше по количеству, да и яркость цвета лепестков была уж очень насыщенной. Амир стоял рядом и, наклонив голову, внимательно наблюдал за моими движениями. А я брала в руки алую розу, и какое-то время выглядывала место, куда ее нужно поместить, вставляла ее, брала новую. Когда все были разложены, я отошла на несколько шагов и полюбовалась своим творением: красота. Но чего-то не хватало в этом буйстве розового цвета, я почесала нос и стала рассматривать остальные букеты. Амир продолжал внимательно смотреть на меня. Вот оно, именно то, что нужно!
Амиру пришлось мне помогать, потому что желтые розы были странным образом вставлены в непонятную конструкцию на окне, самой мне не удалось достать даже одну. Он мне подавал их, а я вставляла в букет.
Мы стояли у двери и любовались тем, что у нас получилось. Вазу пришлось заменить, потому что, кроме желтых, я добавила еще синие цветы с множеством лепестков. Так странно было видеть Амира, который держал в руках гигантский букет, пока я освобождала от цветов кастрюлю, иначе ее назвать нельзя, такой она была широкой, которая на самом деле напольная ваза.
– Теперь они согреются.
Я убрала растрепавшиеся волосы с лица и гордо посмотрела на Амира, а он лишь покачал головой, но удивление вытеснило в глазах безнадежность.
– Ты так и не поела.
Он подхватил меня на руки и перенес в столовую. Стол был сервирован, и когда успел? Вроде никаких звуков не издавал. У меня поднялось настроение, и я с удовольствием поедала все, что было предложено. Амир сидел напротив, не мигая смотрел на меня и наливал сок в стакан, как только я его выпивала. Наевшись, я решила уточнить важный для себя вопрос:
– Как долго мы здесь будем оставаться?
– Ты хочешь вернуться?
– Просто спрашиваю.
– У меня дела еще на несколько дней.
– Ты будешь искать того человека?
– Я знаю, кто это.
Взгляд не изменился ни йоту, та же яркая голубизна и легкая улыбка на губах. Я задумалась, стоит ли дальше спрашивать, это дело вождя, и я к нему никакого отношения не имею.
– А Мари? Она вернулась домой?
– Нет, она пока в другом месте.
