— Есть, государь, мимо горы Воскеанк, — ответил Ваган.
— Хорошо. Едем туда, Савалт-хан!
Объездив на сменных конях все горные тропы над равниной, амирспасалар поздно вечером вернулся в Кош и, утомленный, заснул богатырским сном. Наутро у него состоялся долгий разговор с хозяином дома. Сидя на завалинке, Захарий расспрашивал:
— Платите джизию эмиру?
— Нет, государь, давно отказались. Попробовали было сунуться сборщики налогов из Арзрума, так мы их взашей выгнали! — усмехнулся Ваган.
— Так-так! А эмир что на это ответил?
— Все собирался нукеров прислать, селения разорить грозился. Ну да нукеров у него немного, на все села не хватит. Да мы их встретили бы по-своему. Вот только оружия мало, — пожаловался Ваган.
— А остальные подати выплачиваете? — интересовался Захарий.
— Сколько по закону положено, столько и даем, — овцу с каждого десятка, масла литру с коровы, да и все остальное. Сами привозим и сдаем даройнскому мухтасибу, — объяснял Ваган.
Амирспасалар долго смотрел вдаль на равнину, прежде чем заговорить:
— Я тебе верю, Ваган! Знай, султанцы не постесняются полезть к вам в горы. Это тебе не арзрумский слюнтяй-эмир! А горы ваши мне нужны, ох как нужны, и нельзя к ним допускать сельджуков, пока я не подойду с войском. Понимаешь, Ваган?
Горец утвердительно кивнул головой.
— Но об этом ни слова. Даже отцу родному. Говоришь, оружия у тебя маловато? Как вернусь в Ани, тотчас пришлю пару десятков арб с пиками и мечами; вооружи людей, расставь караулы. Да костры пусть почаще на вершинах чабаны разводят… Так нужно, потом объясню! Отбери надежных молодцов и сам отправляйся в Зивин-берд, там и дожидайтесь меня. Послужите проводниками войску. Вот тебе сто золотых на пропитание людей.
Ваган посмотрел прямо в глаза амирспасалару:
— Не надо денег, государь! Не для того народ поднимается. А оружие пошли побольше и поскорее!
— Добро. А теперь зови сельчан, я хочу с ними побеседовать.
Улица перед домом стала понемногу заполняться сельчанами. Захарий продолжал сидеть на завалинке.
— Все здесь, государь! — объявил Ваган.
Захарий громко сказал:
— Здравствуйте, добрые люди!
Горцы, скинув папахи, отвечали нестройно. Удобнее усевшись на завалинке, Захарий продолжал:
— Вновь идет гроза божья на земли христианские, люди! Хоть и несладко вам под чужеземным владычеством, но не трогал эмир басенских смельчаков, только все грозился. Так ведь?
— Так, государь! — ответил за всех Ваган.
— А вот сельджукский султан мешкать с вами не будет: вмиг разорит, разграбит, уведет в полон. Вы не помните, конечно, как поступали его предки с вашими дедами…
— Дед Артак помнит! — прервал пожилой горец.
— Вот как! Ваган, пошли людей за старцем, — распорядился Захарий.
Сто лет давно минуло старому Артаку, но по-прежнему тверда поступь и по-молодому глядят глаза.
— Садись рядом со мной, дедушка. Расскажи внукам и правнукам, как обращаются башибузуки с народом армянским, — ласково обратился Захарий к старику. Поник головой старый горец. Потом заговорил:
— Все было, люди! И пожары, и убийство невинных детей, и насилия, и разорение полное. Взрослых мужчин, что в живых остались, и красивейших девушек — всех угнали в Арзрум вместе со скотом. И некому было защитить нас! Пароны-то с дружинами своими убежали, от врага спасаясь…
Захарий нахмурился при последних словах. Встав во весь гигантский рост, он перебил старца:
— Все верно! Но на этот раз есть кому вас защитить, люди! На всякий случай запасайтесь хлебом и отводите на летовки семьи и отары. Долго не придется вам терпеть нужду в горах, до зимы кончим мы воевать!
— А разобьешь ли врага? — тихо спросил Артак.
— С божьей помощью надеюсь, дедушка, — твердо ответил Захарий.
Старик с трудом опустился на колени. Обнажив седую голову, он истово перекрестился, глядя на синее небо, и, обращаясь к Захарию, дрожащим от волнения голосом воскликнул:
— Да благословит Господь твой меч! Оборони землю родную…
После отъезда Захария и Савалт-хана во все стороны помчались из Коша гонцы. Темными ночами, с риском для жизни, они спускались и на равнину, добирались до Даройнка (вокруг которого уже рыскали сельджукские разъезды), узнавали о вражеских войсках. Видели посланцев Вагана и в далеких горных селениях, где их с большим вниманием выслушивали жители и тотчас же отряжали самых крепких мужей в Зивинберд. Там уже обосновался со своим небольшим отрядом Ваган. Хорошо усвоил горный вождь, чего ожидает от него амирспасалар, и создал непроницаемый заслон во всех горных проходах, ведущих к селениям Кош, Джермук, Хоран и Мукнариндж — центр Басенского нагорья.
— Птица без вашего ведома пролететь не должна! — напутствовал караульщиков Ваган. — Не щадите врага…
Начали бесследно исчезать вражеские всадники — целые патрули, которые, не довольствуясь грабежами на равнине, пытались проникнуть и к горным деревням, где стали часто гореть тревожные огни костров. Дождавшись обещанного оружия из Ани, Ваган вооружил им отборных молодцов и с нетерпением поглядывал на Карсскую дорогу. Там с часу на час должны были появиться полки амирспасалара.
