Майкл застонал на кровати. Этот стон отличался от голоса юного Тома. Он явно воспроизводил женский голос, сдавленный вой матери.
– Том, – почувствовав опасность, быстро сказала я, – пора вернуться в настоящее. Пора возвращаться в наше время. Туда, где тебя зовут Майклом. Возвращайся туда, где нахожусь я. Там, где все живы и здоровы.
– Нет, – резко ответил он. Его глаза были зажмурены, но слезы прекратились. И он твердо добавил: – Я остаюсь.
– Нельзя. Ты не можешь оставаться там. Там другая жизнь, другое время. Ты сейчас здесь, со мной, с доктором Линдман. Здесь твоя настоящая реальность. Пора тебе уже проснуться.
– Нет… – Его протест прозвучал мягче.
Я продолжала пытаться вернуть его из прошлого. Велела ему сосредоточиться на моем голосе. Позволить туману стереть все прочие образы. До сих пор он отлично поддавался внушению.
– Когда я сосчитаю от пяти до одного, ты очнешься…
– Нет! – воскликнул Майкл, резко поднявшись с подушки. Сила его голоса укрепила мою защитную реакцию. Секундой позже он встал с кровати. Его глаза по-прежнему были закрыты, он ничего не видел, но начал размахивать руками, словно отбивался от нападающих.
Как будто воспроизводил ту драку на кухне.
Затем схватил лампу с тумбочки.
Догадавшись, что он собирался делать, я встала с кресла. И продолжала наблюдать за ним, отойдя на безопасное расстояние к двери.
Размахивая лампой, Майкл выдернул шнур из стенной розетки. В комнате потемнело. Он хрипло дышал и продолжал размахивать руками. Светильник врезался в столбик кровати, и лампочка разбилась с резким звуком.
– Майкл, – сказала я, стоя около двери, – Майкл, пожалуйста, остановись…
Но он должен выплеснуть чувства, порожденные открывшимся ему прошлым.
Я держалась на безопасном расстоянии, глядя, как Майкл крушил спальню моей дочери. Используя лампу как биту, смахнул с комода флакончики с духами и прочие безделушки. Он колошматил ножкой светильника по белым стенам, оставляя кривые царапины в местах ударов. Он избивал кровать и подушки, пока в воздух не поднялись стайки перьев. Наконец его силы иссякли. Задыхаясь и всхлипывая, с поникшей головой, Майкл упал на колени. Потом повалился на бок.
На какое-то ужасное мгновение я вдруг с очевидностью представила, что в моей жизни теперь будут два выпавших из реальности молодых человека. Но вот Майкл перевернулся на спину. Застонав, он открыл глаза. И, глядя в потолок, произнес только одну фразу. В его четком и ясном голосе прозвучало изумление человека, вдруг совершившего открытие:
– Это была не она.
Слегка растерявшись, я не знала, что лучше сделать в первую очередь. Может, стоило кому-то позвонить… Преодолев нерешительность, я начала с того, что принесла Майклу стакан воды из ближайшей ванной. Он по-прежнему сидел в комнате Джони. И комната, и человек в ней пребывали в состоянии разрухи. Он сидел на краю кровати, положив руки на колени и опустив голову. Его покрыли перья. Они, подобно снегу, разлетелись по комнате.
– Держи. Выпей воды.
Майкл не глядя взял у меня стакан. Я подождала, пока он напьется – жадно, залпом, – и потом осторожно присела рядом с ним.
– Что ж, все нормально, – мягко произнесла я, уже думая, что мне необходимо созвониться с мужем и с Джони и узнать, как дела у Шона. – Ты пришел в себя?
Майкл молча кивнул.
– Ты действительно хорошо справился. Мы охватили значительную часть твоего прошлого. И поэтому естественно, что ты чувствуешь себя расстроенным. Даже опустошенным. Все это совершенно нормально.
Он опять кивнул пару раз.
