Хорошо, что он про него вспомнил, потому что рыжий набросился на него необдуманными, размашистыми ударами, от которых легко ушел.
- Эй! Успокойся! Я не собираюсь с тобой драться! - попытался успокоить его Амон, но в ответ пришлось уходить от очередного правого хука. Да что с ним такое, не может понять, что перед ним уже другой человек?
Амон одним пинком в живот, отпихнул его от себя, но рыжий словно этого не заметил, пошел в новую атаку на него. Что же, раньше ему точно не показалось пламя в его глазах, потому что теперь, эти языки оранжевого огня, вырывались из глазниц, явно застилая всю реальность, заставляя яростно нападать.
А ведь зарекся, что не будит вмешивать, но если влез то расхлебывай. Не придумав ничего лучше, Амон побежал от обезумевшего противника, маневрируя в узких проходах и троллей, что торопливо разбегались от него, но все равно весьма мешали. Честь слово конечно хорошее, но не когда твой противник неадекватен и вроде как настроен тебя прибить. Потому он схватил сковородку со стола и с разворота врезал в рыжего, готовясь ощутить отдачу. Но не было даже ожидаемого звона удара, орудие не встретив никакого сопротивления, прошло через парня, оставляя борозду рыжего дыма, который вновь собирал его в нормальный вид.
Что за чертовщина? Амон ударил еще пару раз, но все с тем же результатом, сковорода проходила сквозь его, как через иллюзию. Замешкавшись в удивлении, он пропустил весьма ощутимый удар в живот, подтвердивший, что все происходит в реальности. Ну он настоящий, хотя предметы проходят через него, а его рука очень даже тяжелая. И что делать с таким противником? Только убегать!
В печальности своего плана, Амон смог убедиться, пробежав пару проходов и оглянувшись. Рыжий не отставал от него, проходя все препятствия насквозь, даже через троллей, словно приведение, хотя и не был прозрачным. Похоже только его, этот народец умудряется задерживать, беспорядочно мельтеша по кухне.
Знаете, это весьма подходящий момент, для пробуждения магического дара, а то это уже давно на драку не похоже. Скорей, он тот самый несчастный кролик, который надеется убежать от охотничьей собаки, или точнее от призрака охотничьей собаки. Теперь то понимает, отчего они такие пугливый. Сейчас он был бы рад виду Стена, но от чего он до сих пор не появился, хотя шумят они славно?
И вот настал тот самый ужасный момент, о котором он беспокоился. Амон оказался загнут в тупик, окруженный высокими стеллажами с кухонной и столовой посуды. Кухня не бесконечна, а учитывая, что у него нет способности проходить сквозь твердые предметы, то такое рано или поздно должно было произойти, даже если ему, совсем этого не хотелось. Что ему теперь делать? У него считанные секунды на размышления, потому что рыжий стремительно приближался, игнорируя законы физики.
А чего он тупит так? Глубоко вздохнув для храбрости, Амон побежал прямо на одноклассника, пробегая его насквозь, а в следующую секунду, что-то пролетело совсем близко с его головой с бешеной скоростью. Это была большая, белая тарелка, звонко разбившаяся при столкновении со стеллажом.
Похоже не один он, решил изменить тактику. Оглянувшись, увидел как вокруг рыжика, поднимаются в воздух столовые приборы и подрагивающие тарелки, ожидающие дальнейшего запуска. И он конечно последовал. Амон едва успел запрыгнуть за мойку и прикрыть руками голову, как последовал обстрел. Гремело так, словно его действительно обстреливали артиллерией, а осколки разлетались во все стороны белоснежным градом. Если и после этого не появиться кто-то из учителей, то ему точно кранты.
Обстрел прекратился на секунду, лишь для, того что бы изменить направление. Едва отскочив от летевшего в него ряда ножей, Амон подскользнулся на осколках, пролетел пару метров по полу, раздирая руки в кровь, от в бившейся в кожу стеклянной крупы. Но он не мог себе позволить такую роскошь, как внимание на боль, ведь его преследовал дождь из столовых приборов. Вскочив, едва не попав под линию огня тройки ножей, побежал вперед, радуясь тому, что теперь на пути, не встречаются домовые тролли.
Завернул за ряд стеллажей, считая, что это возможно, поможет уйти от обстрела. Помогло секунд на тридцать, а потом то, что считал защитной стеной, стало наваливаться от него, падая с оглушающим грохотом, упавшего снаряда. Отпрыгивая от нацелившегося в него стеллажа, Амона, словно молнией пронзило левую руку и ногу. От накатившей в следующий миг боли, потерял равновесие, но с последних усилий, закатился под стол. Здесь лицезрел вид пронзивших его ножей, по самую рукоятку, в ногу повыше колена и в предплечье. И так, если фонтаном не брызжет, то жить будит, но не долго, если не придумает как спасти свою жизнь.
План не успел сформироваться, потому что защищающий стол взлетел в воздух, открывая проход для кухонных снарядов. Пару перекатов и попытка вскочить, прерванная огненной болью в ноге, завалившей его обратно на пол.
