Джаред и помыслить не мог, что Дженсен – настоящий самец, от которого, несмотря на красоту, прет мужественностью и силой, позволит в постели взять над собой верх. Джаред зарычал и стал вылизывать и целовать шею и плечи Дженсена, все время возвращаясь поцелуями к засосу на груди. Постепенно он стал спускаться к животу и ниже, вырисовывая языком узоры на коже, охлаждая ее своим дыханием. Он видел непроизвольную дрожь, пробегающую по коже Дженсена; дойдя языком до блестящей от смазки головки, он лизнул ее и, втянув в рот, слегка пососал, вызвав у Дженсена резкий вскрик. Испуганно отстранившись, Джаред поднял голову:
- Боже, Дженсен, прости! Что? Просто я никогда раньше…
Дженсен, до этого комкавший руками простыню, схватил Джареда за волосы и потянул назад:
- Не будь идиотом.
Не скажешь же, что ощущения слишком остры, что сам будучи в добровольном целибате полтора года, теперь был готов кончить от малейшего прикосновения к члену.
Пробовать языком чистую кожу, чуть пахнущую гелем для душа, обводить точеные тазовые косточки, нырять в ямку пупка – это было слишком, Джареду казалось, что он сейчас начнет скулить и пускать слюни еще больше. Дженсен всегда был как самое любимое, но при этом недоступное лакомство, и вдруг его вручили прямо в руки – на, ешь! Вкушать, смаковать хотелось Дженсена, медленно сводить с ума, чтоб почувствовал на себе, каково это - хотеть столько лет.
Джаред развел в стороны его ноги, провел руками по бедрам, наклонился, чтобы пройтись языком от основания члена к головке и обратно, громкий стон Дженсена стал наградой. Джаред не представлял, что когда-то его мечта исполнится, и он не только в своих фантазиях сможет так прикасаться к Дженсену, притом, что к своему полу его по-прежнему не тянуло, подкованный интернетом он широко лизнул нежную кожу мошонки, разглаживая складочки и чувствуя, как тяжелеют и подбираются яйца. У него самого давно уже огнем горел и член, и яйца. Дженсен издал совсем неприличный, порнушный стон, от которого Джаред чуть не кончил, он пережал свой член и растерянно посмотрел на Дженсена:
- Дженс, а у меня ничего нет.
С трудом сфокусировав на Джареде взгляд, Дженсен уточнил:
- Чего у тебя нет?
- Ничего: ни смазки, ни презиков.
Дженсен упал головой назад на подушку, закрыл глаза:
- Да ты издеваешься! Крем какой-нибудь или бальзам у тебя ж должен быть. Ты ж обожаешь все эти девчачьи штучки по уходу за телом и волосами.
- Ты подождешь?
- Нет, пойду прогуляюсь, - хотел съязвить Дженсен, но тон получился слишком нежным.
Джаред улыбнулся, чмокнул его в нос и встал.
- Поищи в моем бумажнике презерватив, правда, у него уже наверняка срок годности вышел, но мне в любом случае залететь не грозит.
С трудом отыскав бумажник Дженсена с заветной резинкой, Джаред прихватил в ванной крем после бритья и, сияя, вернулся на кровать.
Выдавив крем на пальцы, он легонько прикоснулся ко входу в тело Дженсена, покружил пальцем и мягко надавил, с тревогой поглядывая на него. Дженсен повел бедрами, и Джаред, наклонившись, снова лизнул головку, ему хотелось доставить Дженсену самое незабываемое удовольствие, но изученная теория далека от практики, поэтому заглатывать член он не спешил, а только легонько посасывал и облизывал его, не спеша разрабатывая пальцами отверстие. Дженсен морщился, но иного недовольства не выказывал, пока в нем не оказалось три пальца, он поднял голову и, указав пальцем на член Джареда, длинный, толстый, истекающий смазкой, произнес:
- Это в меня однозначно не влезет.
- Я вот тоже не уверен, - согласился Джаред, криво улыбнувшись и глядя, как растянулась и покраснела кожа вокруг его пальцев, - но я попробую, можно?
- Давай, - махнул рукой Дженсен, - только без непоправимого урона.
- Никакого урона, обещаю.
Чего только не прочитал и не посмотрел в интернете Джаред, обучаясь теоретическим основам однополого секса! И была там совершенно отвратильнейшая, но в то же время сказочная вещь. Он наклонился и, вытащив пальцы, смело заменил их языком, врываясь в приоткрытое отверстие и чувствуя вкус своего крема после бритья, Дженсен выгнулся и вскрикнул, почувствовав настолько интимную, крышесносную ласку.
- Щас кончу, - прохрипел он, дыхания не хватало.
Джаред, придавив одной рукой его к постели, второй сдавил основание члена, продолжая дальше вылизывать и толкаться языком. Ему казалось, еще один такой стон Дженсена, и он сам кончит. Отстранившись и нашарив кондом, он разорвал упаковку и раскатал его по члену. Ворваться в тело Дженсена хотелось так, как никогда и ничего в мире больше не хотелось; с трудом сдерживаясь, он медленно толкнулся в узкое отверстие. Мышцы поддавались с трудом; сдерживая дыхание и себя, Джаред надавил и вошел головкой.
- Блядь! – красноречиво высказался Дженсен и с такой силой впился в предплечья Джареда, что тот не сомневался в обеспеченных ему синяках.
