Он уже неделю жил в Ванкувере и, похоже, никуда двигаться отсюда не собирался, а это означало, что нужно разобраться с работой и семьей, да и Женевьев позвонить, чтобы не волновалась. Джаред телефон не отключал, он выключил только звонок, телефоном же пользовался только, чтобы позвонить миссис Хейз или в доставку готовой еды. Правда, миссис Хейз относилась к этому неодобрительно и сказала, что Джареду обязательно нужно учиться готовить, ведь малышка растет и когда-то перейдет со смесей на нормальную еду, и чем он ее будет кормить – китайской лапшой или чизбургерами? Вообще-то Джаред кое-что умел готовить, но, конечно, не пищу для малышей, так что учиться он хотел – было бы для этого время, но пока его не наблюдалось. Да он вообще согласился бы делать что угодно, лишь бы не этот адский, ответственный труд – возня с Дженни. Зато она являлась отличным средством от страданий по Дженсену, хоть патентуй! Все, что он хотел сейчас – это нормально выспаться, даже самые загруженные съемки его и вполовину так не выматывали.
Разговор с агентом прошел на отлично, Джаред попросил, чтоб ему в ближайшие пару месяцев роли не подыскивали – без проблем. С родителями оказалось сложнее, они никак не могли понять, с чего бы ему вдруг переселяться на неопределенное время в Канаду, пришлось обещать все рассказать в ближайшее время. С Женевьев объясниться было легче всего.
- Джаред, ну наконец-то! – судя по окружающему шуму, она явно развлекалась на какой-то вечеринке. – Погоди, мне плохо слышно, сейчас подыщу местечко потише.
- Жен, мне нужно остаться в Канаде.
- Что-то с домом? Надолго?
- Нет-нет, с домом все в порядке, это скорее проблемы личного плана. Насколько они затянутся, я не знаю.
- А работа?
- Я уже обо всем договорился, в крайнем случае буду искать что-то здесь.
- Ничего себе! Все настолько серьезно?
- Похоже, что да.
- Ты что, - лукаво спросила Женевьев, - встретил кого-то особенного?
- Можно и так сказать, - улыбнулся Джаред, глядя на малышку.
- Я поняла. Счастья тебе, дорогой.
- Спасибо, милая, и тебе тоже, - несколько удивленный таким пожеланием, ответил Джаред.
Джаред каким-то внутренним чутьем определял в человеке надлом, он не показывал этого, но его тянуло к таким душевно раненным людям. Так было с Сандрой Маккой, у которой в четырнадцать лет, погибли родители и брат, и с которой сначала он подружился на совместных съемках, а потом начал встречаться. Так случилось и с Женевьев Кортез, но дальше дружбы он не пошел, потому что сердце уже было напрочь занято Дженсеном.
И тем больнее оказался удар, который получил Джаред, когда в ноябре 2009 Дженсен вышел от Эрика Крипке, радостно улыбаясь и со счастливой Данниль под мышкой, и объявил о своей помолвке. У Джареда пол из-под ног ушел, но он нашел в себе силы подойти, поздравить, похлопать дружески по плечу, обнять Данниль, а потом смыться, пока этим же занималась вся остальная съемочная команда. Он завалился к себе в трейлер, с трудом удерживаясь, чтобы не начать крушить все вокруг, хотелось орать, разбивать кулаки в кровь, чтобы болью физической уменьшить душевную, и понимая, что уже все – это конец, хотя… о чем вообще речь? Разве он рассчитывал когда-нибудь на что-то иное? Горло сжимали спазмы, он сел на диван и закрыл руками лицо, чувствуя, как сквозь пальцы просачиваются горячие слезы.
Женевьев, стукнув для приличия в дверь, вошла без приглашения, присела на корточки, легонько сжала плечо, сказала с сочувствием:
- Боже, Джаред, я и подумать не могла, что все настолько серьезно. Мне так жаль, так жаль. Всегда казалось, что все эти ваши взгляды, улыбки, обнимашки – игра на публику.
Она встала, зашуршала чем-то, полилась вода.
- Вот, - Женевьев протянула на ладошке маленькую таблетку, в другой руке – стакан воды, - это мои, выпей, не бойся. Тебе нужно успокоиться. Скоро позовут на площадку.
Джаред проглотил таблетку, интереса спрашивать, что это и от чего, не было никакого.
- Я тоже хочу.
- Что? – удивилась Женевьев.
- Жениться. А что, ему можно, а мне – нет? – звучало по-детски, но Джаред вдруг понял, что действительно хочет жениться, неизвестно на ком, но хочет, при этом прекрасно понимая умом, что хуже сделает в первую очередь себе.
Жен села рядом, помолчала, но все-таки с сомнением произнесла:
- Ладно, это, думаю, можно организовать, только не нужно делать несчастной ни в чем ни повинную, неизвестную девушку. Я сама выйду за тебя, Джаред. Но не по-настоящему. И секса не будет.
Джаред поднял покрасневшее лицо с мокрыми глазами:
- О чем ты?
- Один мой друг – актер, играет в местном театре. Думаю, он не откажется от роли священника, я организую свадьбу, все будет выглядеть как настоящее, никто и не усомнится.
- Почему?
Женевьев как-то сразу поняла, о чем он спрашивает, отвела глаза, но ответила:
- Каждая женщина должна побывать замужем, особенно если она актриса. На это обращают внимание. Я замуж не собираюсь никогда и ни за что, так что для меня это шанс, чтобы считали, что я там все-таки побывала.
Через месяц Джаред объявил, что их свадьба с Женевьев состоится в конце февраля.
***
