– Неужто ты думаешь, будто ты – первый ученик, до времени замахнувшийся на слишком сложную задачу? Зачастую по этому признаку узнают самых талантливых. Артур в бешенстве, но, скажу тебе по секрету, твои успехи произвели на него сильное впечатление. Думаю, тебе стоит во всем сознаться и безоговорочно отдаться на его милость. Ему это понравится.
Натаниэль шмыгнул носом.
– Вы вправду так думаете, миссис Андервуд?
Как и всегда, ощущение уюта, исходящее от миссис Андервуд, и ее спокойный здравый смысл проникли за его линию обороны и уняли задетую гордость. Возможно, она права. Возможно, ему действительно стоит рассказать всю правду…
– Я тоже постараюсь успокоить Артура, – продолжала тем временем жена волшебника. – Хотя, видит небо, ты этого не заслужил. Посмотри, на что похожа твоя комната!
– Я все уберу, миссис Андервуд. Прямо сейчас и уберу.
У Натаниэля немного отлегло от сердца. Возможно, он вправду расскажет наставнику все свои подозрения насчет Лавлейса и Амулета Самарканда. Так будет болезненнее, но проще.
– Съешь сперва суп, – Миссис Андервуд встала. – И подумай хорошенько, что ты скажешь своему наставнику, когда он вернется.
– А почему мистер Андервуд поехал в министерство? Сегодня же воскресенье, – спросил Натаниэль, собирая одежду и запихивая ее обратно в шкаф.
– Из-за чрезвычайного происшествия, милый. Прямо посреди Лондона поймали какого-то негодника-джинна.
У Натаниэля по спине поползли мурашки.
– Джинна?
– Да. Не знаю точно, в чем там дело, но он, кажется, притворялся одним из бесов мистера Лавлейса. Он вломился в магазин мистера Пинна и учинил там форменный погром. Но туда послали африта, и джинна вскоре поймали. Сейчас его допрашивают. Твой наставник думает, что действия этого джинна как-то связаны с кражами артефактов, которые так его беспокоят, – а может, еще и с Сопротивлением. Потому он хочет присутствовать при допросе. Но тебе сейчас следует беспокоиться не об этом, Джон. Тебе надо решить, что ты скажешь наставнику. И вымой пол начисто!
– Да, миссис Андервуд.
– Молодец. Хороший мальчик. Я зайду за подносом попозже.
Едва лишь дверь за ней затворилась, как Натаниэль ринулся к окну в крыше, рывком распахнул его и сунул руку под мокрую холодную черепицу. Извлекши оттуда бронзовый диск, Натаниэль поспешно захлопнул окно, спасаясь от хлещущих струй дождя. Диск был холодным; Натаниэлю пришлось провозиться с ним несколько минут, прежде чем в диске неохотно возникла физиономия беса.
– Вот это да! – сказал бес, – Ну надо же! А я уж думал, что ты про меня забыл. Ну так как, ты еще не надумал отпустить меня?
– Нет. – Натаниэль был не в том настроении, чтобы вести подобные перепалки. – Бартимеус. Найди его. Я желаю видеть, где он и чем он занят. Немедленно. Или я зарою диск в землю.
– Ты что, не с той ноги встал? Неужто нельзя попросить по-хорошему? Ладно, я поищу, но должен сказать, что бывали у меня задания и попроще – даже от тебя…
Бормоча и гримасничая, младенческое лицо исчезло – лишь для того, чтобы появиться снова, смутно, как будто издалека.
– Ты сказал – Бартимеус? Бартимеус Урукский?
– Да! Их что, так много?
– Ты не поверишь, мистер Гневливец. Ладно, не кипятись. На это может потребоваться некоторое время.
Диск потемнел. Натаниэль швырнул его на кровать, потом передумал и спрятал под матрас, подальше от чужих глаз. Маясь от беспокойства, он принялся убирать комнату и тер пол до тех пор, пока с него не исчезли последние следы пентаклей, и даже сальные пятна от свечей уже не так бросались в глаза. Натаниэль аккуратно сложил одежду и вернул все на свои места. Потом съел суп. Суп успел остыть.
Миссис Андервуд вернулась за подносом и одобрительно оглядела комнату.
– Молодец, Джон, – сказала она, – Теперь приведи в порядок себя и вымойся, пока есть время. Что это?
– Где, миссис Андервуд?
– Мне показалось, будто я слышу чей-то голос.
Натаниэль тоже его слышал. Приглушенный возглас из-под кровати.
– Кажется, это где-то внизу, – пролепетал он, – Может, кто-то пришел?
– Ты так думаешь? Пожалуй, схожу-ка я гляну.
И миссис Андервуд удалилась, закрыв за собою дверь.
Натаниэль откинул матрас.
– Ну? – рявкнул он.
Теперь у беса-младенца под глазами появились мешки, а физиономия почему-то стала казаться небритой.
– Что – «ну»? – огрызнулся он. – Я сделал все, что было в моих силах. Не проси от меня большего.
– Показывай!
– На, смотри.
Лицо исчезло. Его сменил вид Лондона. На заднем плане протянулась серебристая ленточка – должно быть, Темза. Вокруг нее теснились темно-серые склады и верфи. Из-за пелены дождя трудно было что-либо рассмотреть, но Натаниэль сразу отыскал центр изображения: огромный замок, окруженный кольцом высоких серых стен. В центре замка высилась квадратная башня, над которой развивался «Юнион Джек», британский флаг. Внизу, во дворе замка, мельтешили черные полицейские грузовики и легионы крохотных фигурок – и не все эти фигурки были людскими.
Натаниэль знал, что он видит, но разум его отказывался воспринимать истину.
– И при чем тут Бартимеус? – раздраженно спросил он.
