– Дело в том, что ты, по сути, более не волшебник. – Джинн повел рукой, указывая на осыпающиеся стены. – Да ты посмотри по сторонам! Где мы? Это тебе не какой-нибудь уютный домик, заполненный книгами и бумагами. Где свечи? Где благовония? Где комфорт? Нравится тебе это или нет, Натаниэль, но ты потерял все, что нужно волшебнику. Богатство, безопасность, самоуважение, наставника… Посмотри правде в лицо: у тебя ничего не осталось.
– У меня осталось мое гадательное зеркало, – возразил Натаниэль, – И еще ты.
Он поспешно уселся обратно к костерку. Царящий в комнате холод по-прежнему пронизывал его до костей.
– Ага. Я как раз собирался перейти к этому вопросу. – Джинн принялся разгребать хлам носком ботинка, расчищая на полу свободный пятачок. – Когда ты немного успокоишься, я добуду для тебя кусочек мела. Тогда ты сможешь нарисовать здесь круг и освободить меня.
Натаниэль уставился на него.
– Я выполнил свое задание, – сказал смуглолицый мальчишка. – Я сделал куда больше, чем ты мне поручал. Я выследил для тебя Лавлейса. Я разузнал про Амулет. Я спас тебе жизнь.
Голова Натаниэля сделалась странно легкой и вязкой, как будто ее набили ватой.
– Только, пожалуйста, не надо меня благодарить! – продолжал мальчишка. – Я такой застенчивый! Просто нарисуй этот пентакль – больше мне ничего не нужно.
– Нет, – сказал Натаниэль, – Не нарисую. Пока что.
– Прости? – переспросил мальчишка. – Кажется, после драматических событий прошлой ночи слух начал подводить меня. Мне показалось, будто ты сказал «нет».
– Сказал. Я не освобожу тебя. Пока что не освобожу.
Воцарилось тяжелое молчание. Потом маленький костерок стал угасать прямо на глазах у Натаниэля, будто утекал в пол. А потом и вовсе исчез. И деревяшки, что лишь несколько мгновений назад так радостно горели, начали с тихим потрескиванием покрываться ледяной коркой. Кожа Натаниэля тут же покрылась пупырышками, а дыхание стало хриплым и болезненным.
Он с трудом поднялся на ноги.
– Прекрати сейчас же! – выдохнул Натаниэль, – Верни костер на место!
Глаза джинна сверкнули.
– Это исключительно ради твоего блага, – заявил он. – До меня лишь сейчас дошло, насколько бестактно я поступил. Тебе ведь тяжело видеть огонь – после того, что ты натворил вчера ночью. Тебя, должно быть, мучает совесть.
Перед глазами у Натаниэля встало пламя, пожирающее разрушенную кухню.
– Пожар устроил не я, – прошептал он, – Это не моя вина.
– Да ну? Это ты спрятал в доме Амулет Самарканда. Ты подставил Андервуда.
– Нет! Я не думал, что Лавлейс придет к нам. Я просто подстраховался, безопасности ради…
Мальчишка насмешливо фыркнул.
– Ага! Ради твоей безопасности.
– Если бы Андервуд хоть чего-то стоил, он бы выжил! Он бы отбился от Лавлейса – или поднял тревогу!
– Ты же сам не веришь в то, что говоришь. Посмотри правде в лицо: это ты убил их обоих.
Лицо Натаниэля исказилось от ярости.
– Я собирался разоблачить Лавлейса! Я хотел поймать его в ловушку при помощи Амулета и сдать властям!
– И кого это теперь волнует? Ты опоздал. Ты проиграл.
– Только из-за тебя, демон! Если бы ты не привел их за собой, ничего этого не произошло бы! – Натаниэль уцепился за эту мысль, как утопающий за соломинку. – Это все ты виноват! И я с тобой за это расквитаюсь! Ты что, надеешься освободиться? Вот уж нет! Ты связан навсегда! Тебя ждет Вечное Заточение!
– Даже так? В таком случае, – лжемальчишка шагнул к Натаниэлю и внезапно оказался рядом, – я прекрасно могу убить тебя сам, прямо сейчас. А чего мне терять? Я так или иначе окажусь в той жестянке, но так я сперва хоть получу свое удовольствие – сверну тебе шею.
И его рука мягко легла Натаниэлю на плечо.
По спине у Натаниэля поползли мурашки. Ему отчаянно хотелось увернуться и броситься наутек, но он заставил себя остаться на месте и смотреть, не отводя взгляда, в темные бесстрастные глаза.
Бесконечно долгий миг никто не произносил ни слова.
Наконец Натаниэль облизнул сухие губы.
– В этом нет необходимости, – еле ворочая языком, произнес он. – Я освобожу тебя еще до конца месяца.
Джинн подтянул его к себе.
– Освободи сейчас.
– Нет. – Натаниэль сглотнул. – Нам сперва нужно справиться с одним делом.
– С одним делом? – Джинн нахмурился, – С каким еще делом?
Натаниэль заставил себя не шевелиться.
– Мой наставник и его жена мертвы. Я должен отомстить за них. Лавлейс заплатит за свое преступление.
Теперь демон смотрел на Натаниэля почти в упор, но хотя лицо его было совсем рядом, Натаниэль не чувствовал движения воздуха, когда тот шептал.
– Но я же тебе уже сказал. Лавлейс слишком силен. Тебе с ним не совладать. Забудь об этом деле, как я забыл. Отпусти меня и забудь об этих неприятностях.
– Не могу.
– Почему?
– Я… я в долгу перед моим наставником. Он был хорошим человеком…
