– Только, – покопавшись в бороде, задумчиво произнес Фрол, – а вот на берег вернуться надо бы, туда, где мы с тобой появились. Мало ли… А то с этого места, не ровен час, закинет тебя черт знает куда, в Тмутаракань.
– Резонно, – одобрил Бэдбэар.
– А оттуда, с берега, ровнехонько в ту самую избу попадешь, где мы с тобой водку трескали, а ты по дурости вслух заклинание прочел! Да ладно, ладно, нечего на меня так зыркать…
Они все вместе спустились к морю.
– Так, а деньги? – напомнил Петрович.
– Какие деньги?
– А на какие, по-вашему, шиши я там всю эту музыку закупать буду?
– Дык-э… У тебя же есть золото.
– Золото мое. А вы, как концессионеры, должны сделать свой вклад. Ты, магейшество, насколько я понимаю, на данный момент неплатежеспособен, запишем тебе в долг, а ты, Фрол, гони-ка половину камушков.
– Ух, грабитель! Экспроприатор трудовых сбережений! – ворчал Фрол, развязывая узелок.
– Слова-то какие мы знаем!
– На вот, и трех самоцветов хватит с тебя…
– Четыре давай! Вот, теперь все, желайте мне ни пуха, а я вас посылаю к черту. Ну-ка, мальчик, прочитай эти слова. Читать-то умеешь?
– А как же!
Сиреневый всполох осветил вечерний берег моря, треск, заглушая прибой, наполнил уши, всех окутала пелена дыма. Петрович и мальчик скрылись в портале, а когда рассеялся лиловый туман, они увидели перед собой интерьер охотничьего зимовья. Оглядевшись, Петрович отметил, что за время его отсутствия избушку никто не посещал. На печке в котелке еще оставалась каша. Жаль водку они с Фролом всю выпили, после такого приключения неплохо бы и расслабиться. Петрович развел в печке огонь.
– Есть хочешь? – спросил он мальчугана, когда каша немного подогрелась.
– Ага.
– Ну садись, наворачивай. Как звать-то тебя?
– Полуэктом.
– Редкое имя, не забыть бы. Знаешь что, Полуэкт, подари-ка мне обратно эту штуку. Не игрушка она, вещь серьезная.
– Пожалуйста, дядя, заберите.
– Не заберите, а скажи: «Дарю!»
– Дарю.
– Так-то вот, – Петрович спрятал амулет в карман.
Полуэкт уплетал кашу за обе щеки, первое время даже не мог говорить. Потом спросил:
– Дядь, а вы что, валики для звукоигрателей закупаете?
– Какие валики, – не врубился Петрович.
– Ну для звукоигрателей. Валики. Ну, на которых музыку записывают. Вы же сами сказали, что музыку покупать отправляетесь.
Петрович припомнил, что когда-то был такой допотопный способ звукозаписи. Только у нас эти устройства фонографами называли. Наверное, в том мире ими еще пользуются.
– Вот что, Полуэкт. Давай-ка помалкивай. Много будешь знать, скоро состаришься. Понял?
– Ага.
Ночью Петрович ворочался и долго не мог уснуть, все решал предстоящие проблемы. Операцию по закупке оружия надо прокрутить быстро и без шума, но все равно два-три дня потратить на нее придется. Пацана здесь, в тайге, не оставишь, надо брать его с собой в город. А он простоват да разговорчив, еще взболтнет кому чего лишнего. Да и соседи начнут интересоваться, что за мальчик, откуда? Придумать-то, конечно, можно, мол, двоюродный племянник из Нижневартовска, но все-таки лучше поменьше болтать и что-либо объяснять. Решение созрело на рассвете. Петрович разбудил мальчугана, когда за окошком начало светать.
– Вставай, Полуэкт, нам скоро надо выходить.
– Что, уже вставать, да? – паренек сонно потянулся.
– Знаешь что, Полуэкт. Тебе некоторое время придется побыть котом.
– Чего? Как это котом?
– Очень просто. Я превращу тебя в кота. Ты поживешь у меня несколько дней, потом, когда мы вернемся обратно в тот мир, откуда пришли вчера, я тебя расколдую. Ты не волнуйся, кормить буду хорошо, мышей ловить не заставлю. За моральный ущерб ты получишь хорошую денежную компенсацию.
– А вы что, колдун? Как Милюка?
– Колдун, колдун, – Петрович нащупал в кармане амулет. Заклинание он уже заранее выучил наизусть.
Первую партию оружия Петрович закупал через своих знакомых бандитов, тех самых, которые наезжали на него за долги. За квартиру, оставленную в залог, он расплатился своим самородком. Потом показал им парочку алмазов, взятых у Фрола, и изложил, что хочет за них получить.
– Ну, реально это будет непросто, – ответили братки. – Да и стремно как-то, а ну где стволы засветятся, прикинь?
– Да нигде не засветится. Стопудово. В такое место отправляю, где ни одна розыскная собака не сыщет.
– Ну лады, братан, заметано! Давай поработаем.
Когда братки ушли, и Петрович остался один, он услышал сзади себя мальчишеский голос:
– Ах, вот оно что за музыка, теперь понятно.
– А ну цыц! – крикнул Петрович и обернулся, пытаясь найти, кем произнесена реплика.
Говорил рыжий кот.
– Блин! Так ты говорящий?! Только этого еще не хватало! Слушай, я удвою твое жалование, если будешь помалкивать. Давай договоримся, разговаривать только в лесу, ясно? А еще лучше только там, где я тебе позволю. А то… А иначе… Иначе в поликлинику тебя сдам! На опыты!
