"Но что она нашла в Илье? Говорит, что любит его... Сам я говорил Илье, чтобы на Горюне свататься. Но никогда не думал, что так случится. Вот, говорят, на грех из палки выстрелишь, ударило из пня, из Ильи! Вот шутки! Шутил, шутил - и дошутился. Уж очень плохо судил об Илье..." Надежда была на богатство... "Я люблю ее, а она Илью. Я готов на руках ее носить, а она меня не видит".
Иван уснул и проснулся под той горой, где перебил он кучу людей.
"Что это я задумал? Может, пусть она любит парня?" - мелькнуло в голове.
Нежность и боль явились в душе Ивана. "Пусть она будет счастлива с парнем. Она молодая".
А другой голос нашептывал: "Погоди, еще все переменится, поживет, полюбит и тебя. Начал бить, Иван, бей дальше! Не жалей никого!"
* * *
А Спиридон, проводив Бердышова, подумал: "Поверил Тигр! Но, слава богу, я нашелся"!
Он сказал дочери:
- Берегись всю жизнь Ивана, он тебя сватал, не постыдился, говорит: полюбил, чуть ли, мол, еще не видавши тебя. Как сладко врет!.. И ямщики подтверждают, что Илья собирается сюда.
Жене сказал:
- Надо торопиться. Иван нас за дурачков принимает. Я слыхал его рассказы, что у них в Забайкалье богачи с девками творят. Тут есть отец, и этому не бывать! Дочь я ему не продам! Надо скорей играть свадьбу. Я его утешил, сказал, что свадьбу отложим будто бы до весны, но с условием, чтобы он не мешался, убрался бы с глаз, а то люди осудят. У него же складно врать научился!
Дуня очень обрадовалась, услыхав, что приезжает Илья и что отец торопится со свадьбой.
В этот приезд Ивана многие заметили, как он лип к Дуняше. И хотя Ивана любили, но тут он хватил через край. Даже Родион - друг его и приятель - полагал, что нельзя поддаваться торгашу. А Сильвестр прямо сказал: пусть он свои разбойничьи замашки оставит и здесь мошной не трясет. Все надеялись, что Спирька не даст себя объехать на кривой.
- Отец, - приговаривала Петровна. - Свое дитя!
- Отец отцу рознь. Мало ли какие бывают отцы!..
Все понимали, что Иван хотел купить и отца, и мать, и Дуняшу. Тигр!
ГЛАВА СОРОКОВАЯ
- Эх, жених, туда-сюда на почтовых гоняет! - закричали девушки, разбегаясь, когда, чуть не наехав на них, Илья вкатил с колокольцами на "обратных". Он приехал погостить к невесте.
- А где Пахом Терентьич? - выскакивая без шапки на улицу, окликнул его Спиридон.
Илья осадил коней, бросил вожжи, выпрыгнул из кошевы.
- Отец дома остался, потом на своей лошади приедет.
- Я слыхал, что вы вместе собирались.
- Собирались вместе, - отвечал Илья. - Тятя и меня хотел задержать.
- Что так? - небрежно спросил Спиридон, втайне насторожившись. Он опасался, не запустил ли Иван какое-нибудь сомнение в душу Пахома.
- Да он вот-вот будет. Сам все хотел повидать вас.
- А-а!..
Илья пошел в избу.
Дуня, увидев Илью, засмеялась счастливо и, схватив его за руки, наклонила голову, словно желая прислониться к его груди.
Илья снял шубу.
Мать, сидя у прялки, искоса наблюдала за ним и за Дуней. Они разговаривали стоя. Речь у обоих так и лилась, ласковая и кроткая. В лице выразилась спокойная, мужественная уверенность. Он ласково и снисходительно слушал свою подругу. Он был выше Дуни на полголовы и смотрел на нее сверху, как сильный и старший.
Видела мать, что приезд его - отрада для дочери, что она не нарадуется, не наговорится с ним, что на его сильной и широкой груди желает она найти покой и защиту.
Дуня тронула вышивку на косом вороте новой его рубашки, взглянула в смуглое лицо, в синие глаза, тронула копну его в кружок стриженных волос. У нее самой голова такая же темно-русая; две тяжелые косы легли на спину. А Илья повзрослел, похорошел, взор его стал тверже. Она рада, что жених ее так прекрасен.
Мать смотрела, и сердце ее радовалось и болело. Радовалась она, что они рады друг другу, что не наговорятся, что, видно, они друг другу всласть, не чувствуя ног, стоят, не насмотрятся. Все забыли. И льется, льется речь их... О чем бы? Ах, молодость!.. Вот дети равные, одногодки.
Дуня уже заглянула к нему за кушак, вытащила кисет, потрогала ножны кинжала, что купил он на баркасе.
А болела материнская душа, это над этими детьми, которые не наглядятся друг на друга, вьется коршун...
Жених с невестой ушли в горницу и беседовали там.
Спиридон пришел. Сели к столу. Спиридон позвал их. За обедом стал осторожно спрашивать, как живет Пахом, желая выведать, нет ли опасности с этой стороны. А потом, переменив разговор, рассказал про нападение барса.
- Вся деревня струсила у нас. Заметил, когда въезжал, Сильвестр с ружьем ходит? Вот охотники! А все хвастались, что могут взять зверей. Вот пусть попробуют. Родион и тот трусит. Потому что настоящей смекалки нет.
Илья, зная, что будущий тесть его знаменитый охотник, посмотрел на него вопросительно.
- Ты не вздумай!.. - сказала Арина.
Но Спирька и не собирался на барса. Сейчас вокруг ходит зверь пострашней. Отец силы бережет и сам начеку. Рисковать идти в такое время на барса - нечего и думать. Но чем больше он издевался над трусостью соседей, тем внимательней слушал его Илья.
Явился Родион, послушал разговоры и сказал:
