Сталин ее не слишком жаловал. В марте 1945 г., когда Коллонтай уже перевалило за семьдесят, ее отозвали в Москву, где она находилась фактически под домашним арестом. Скончалась Александра Михайловна, немного не дожив до восьмидесяти лет, 9 марта 1952 г. Ее похоронили на Новодевичьем кладбище, рядом с могилой первого наркоминдел Советской России Георгия Чичерина.
Имя диктатора исламского Ирака, бывшего бессменного лидера этой страны Саддама Хусейна, по-прежнему продолжает вызывать повышенный интерес. Еще бы: загадочная, полная тайн личность, загадочная судьба, множество постоянно гуляющих по всему миру и разным агентствам средств массовой информации легенд и слухов.
Например, известно, что жестокий, не терпевший ни в чем, даже внутри собственной семьи, конкуренции иракский диктатор в свое время приказал офицерам личной контрразведки «для примера остальным» зверски расправиться со своим старшим сыном Удеем. Саддам видел в нем не только бунтовщика и смутьяна, смело выступавшего против неограниченной власти отца, но в будущем, вполне вероятно, более удачливого соперника в борьбе за верховную власть в стране. Однако опричники диктатора на этот раз сплоховали: попытка убийства не удалась, и Удей остался жив, но его парализовало ниже пояса.
– О Аллах! Разве я желал этого? – узнав о неудачном покушении, патетически воскликнул Хусейн. – Видит Бог, как мне тяжко переносить страдания сына, навсегда оставшегося калекой. Лучше бы он сразу умер! Так облегчилась бы и его участь, и моя!
Это говорил после устроенного по его же указке покушения «любящий отец» ставшего калекой сына.
Как удалось установить разведчикам и представителям средств массовой информации, знаменитые поцелуи Хусейна в плечо возникли в связи с постоянным паническим страхом Саддама подхватить какую-нибудь заразу, целуясь в губы, – в этом отношении бывший советский лидер Л.И. Брежнев оказался значительно отважнее иракского диктатора и смело лобзал подряд всех иностранных гостей и отечественных соратников…
За несколько месяцев до вторжения американцев в Ирак корреспонденты канала «Эй-би-си» сумели встретиться в Ливане с временно находившейся там на нелегальном положении, скрывавшейся от агентов разведки Хусейна бывшей многолетней любовницей диктатора Парисулой Лампсос, тайно вывезенной из страны группой противников режима. Она согласилась дать представителям канала короткое интервью.
Предваряя то, что Парисула поведала корреспондентам популярного западного телеканала, стоит сказать о мнении ряда серьезных зарубежных экспертов, занимающихся вопросами изучения деятельности спецслужб разных стран и комментирующих их действия и последствия проведенных операций, проводя их всесторонний и беспристрастный анализ. По мнению многих из них, Лампсос либо являлась очень удачно внедренным специалистами из ЦРУ в ближайшее окружение Саддама хорошо подготовленным секс-агентом, сумевшим со временем занять самое близкое к диктатору положение, либо Парисулу сумели завербовать в качестве агента, когда ее отношения с Саддамом дали первую серьезную трещину и женщина поняла: с ней в любой момент может произойти то же самое, что с несчастным Удеем. А потом ее высокопоставленный любовник только горестно воскликнет:
– О Аллах! На все Твоя воля…
Косвенно мнение экспертов подтверждается тем фактом, что после интервью Парисула Лампсос немедленно скрылась в неизвестном направлении и следы ее быстро затерялись среди бесконечных дорог мира. С ее стороны бояться мести со стороны самолюбивого Хусейна вполне естественно, но вот бесследно потеряться в современном обществе можно только с помощью спецслужб…
Как заявила Парисула, сожительствовать с Хусейном она начала исключительно из-за страха за свою жизнь: диктатор не знал и не мог терпеть слова «нет», и любой человек из его окружения боялся произнести его, дабы не лишиться жизни.
– Со мной он вел себя нежно, мягко, дарил много подарков и временами казался ненасытным, – вспоминала Парисула. – В одном из своих многочисленных дворцов он отвел мне роскошные апартаменты и смеялся, заваливая их дорогими подарками. Что дарил? Обычно то, что всегда нравится женщинам: шубы, духи, одежду, дорогие безделушки…
Не раз Лампсос видела, как Хусейн в одиночестве стоял в военном мундире перед огромным зеркалом и, пристально глядя на свое отражение, поднимал руку в нацистском приветствии и негромко говорил:
– Хайль Саддам!.. Хуже это звучит, чем «хайль Гитлер»?
По словам бывшей любовницы диктатора, его самой отличительной чертой являлось полное неверие кому-либо: даже собственной матери, детям, женам, ближайшим соратникам. Все постоянно находились под подозрением. Мало того, она убедилась, что Саддам не верил в Бога, хотя тщательно скрывал это обстоятельство: ведь он был лидером мусульманской страны, где множество фанатиков ислама.
