Но и в Праге актриса не нашла желанного покоя – вскоре Чехословакию оккупировали немцы. Барова эмигрировала в Италию. Там она вновь встретилась со своим любовником Йозефом Геббельсом на Венецианском кинофестивале 1942 г. На официальном приеме рейхсминистр сделал вид, что не узнал Лидию. Но что происходило на самом деле в кулуарах, никому не известно.
После окончания Второй мировой войны Лидия Барова жила в эмиграции – в коммунистической Чехословакии она оказалась персоной нон грата. Два неудачных замужества не прибавили ей ни здоровья, ни денег, ни славы. Уже в старости она получила выгодное в финансовом отношении предложение немецкого издателя Рихарда Каттермана и согласилась написать автобиографическую книгу «Любимая женщина рейхсминистра Геббельса», в которой рассказала историю своих интимных отношений с одним из вождей Третьего рейха. Естественно, в самом выгодном для себя свете.
По воспоминаниям хорошо знавших ее людей, дочь знаменитого генсека ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева Галина в молодости была удивительно хороша собой и всю жизнь безумно обожала бриллианты и красивых, видных мужчин. Она никогда не вмешивалась в дела отца, не пыталась давать ему советов или хоть чем-то укорить его, когда узнавала о романах генсека на стороне. Леонид Ильич тоже любил воздать должное прекрасному полу, тем более что его супруга Виктория Петровна часто и тяжело болела. Стоит сказать, что за каждым романом генсека стояли истинная страсть и влюбленность, а не просто удовлетворение похоти: до преклонного возраста генсек был удивительно щедр на чувства и подарки. Видимо, дочь пошла в него?
Со временем Галина Брежнева приобрела скандальную известность. В отличие от своего родного брата, сына генсека Юрия Леонидовича, работавшего заместителем министра внешней торговли (в стране многие даже не подозревали, что у Леонида Ильича, кроме дочери, которую он всячески старался опекать и наставлять на истинный путь, есть еще и сын, всегда предпочитавший скромно держаться в тени отца).
Так иногда в шутку называли Галину Брежневу, поскольку ее первым мужем стал руководитель белорусского коллектива Союзгосцирка, бывший акробат Милаев. Он был значительно старше Галины и успел овдоветь, оставшись с двумя детьми на руках – Сашей и Наташей. Жена Милаева умерла при родах, и, вполне возможно, очень отзывчивая дочь уже ставшего видным партийно-советским работником Леонида Брежнева увлеклась импозантным мужчиной с трагической личной судьбой.
По воспоминаниям многих людей, работавших вместе с Галиной Брежневой в цирке, коллектив артистов относился к ней очень хорошо, ее любили, и она всегда старалась никому не отказать в помощи. Через отца «пробивала» квартиры, через министра культуры – звания заслуженных артистов и выезды на хорошие гастроли, в том числе за рубеж. Знающие люди утверждают: «туда» Галина выезжала под чужой фамилией, хотя ни при одном замужестве она свою девичью фамилию не изменяла.
Спустя некоторое время у супругов родился общий ребенок: дочь Виктория. Когда начались семейные неурядицы, а их в жизни Галины Брежневой всегда случалось предостаточно, девочку взяли на воспитание дедушка и бабушка: сам генсек и его жена. Кстати, стоит заметить: к детям Милаева Галина относилась очень хорошо и искренне старалась заменить им умершую мать. Но позднее все трое детей, по словам близких подруг Галины, просто предали ее, не подали руку помощи и отвернулись в трудную минуту. Дочь знаменитого генсека не поняли ни родной ребенок, ни приемные дети.
Любопытный факт, в который сейчас трудно поверить, зная о том, как живут современные нувориши, их жены и дети, – но в цирке Галина Брежнева работала костюмером. Именно не числилась, а работала. Она делила с коллективом актеров и обслуживающего персонала все тяготы кочевой жизни на гастролях, готовила борщи на электрической плитке, присматривала за своими и чужими детьми и вообще ничем особенно не выделялась среди прочих работников Союзгосцирка. Одна из ее близких подруг уверенно утверждала:
– Галина всю жизнь любила только одного человека: своего первого мужа Милаева. Не случись между ними разлада, биография дочери генсека могла стать совершенно иной!
