
Урсула Ле Гуин
An die music
— Тут вас кто-то спрашивает. Некий господин Гайе.
Отто РРіРѕСЂРёРЅ РєРёРІРЅСѓР». Рто был его единственный свободный день РІ Фораное, Рё неизбежным казалось, что какие-то юнцы, подающие надежды, непременно отыщут его Рё день, естественно, пропадет. РџРѕ тону слуги РѕРЅ догадался, что «кто-то» — персона РЅРµ слишком важная. Впрочем, РѕРЅ слишком долго занимался исключительно делами жены, организовывая ей концертное турне, Рё теперь воспринимал почти как развлечение очередного поклонника своего таланта, рвущегося Рє нему РІ ученики.
— Проводите его сюда, — сказал Отто, вновь занялся письмом, которое писал, и поднял голову, только когда посетитель успел вдоволь налюбоваться его крупной и совершенно лысой головой. Он отлично знал, что первое подобное впечатление навсегда гасит практически любые наглые поползновения. Однако этот посетитель наглым отнюдь не выглядел: невысокий, в дешевеньком костюме, он держал за руку маленького мальчика и что-то заикаясь бормотал насчет чудовищной бесцеремонности… драгоценного времени… великой привилегии…
— Так-так, РЅСѓ хорошо, — промолвил импресарио, РІ меру доброжелательно, РёР±Рѕ знал, что если таким РІРѕС‚ застенчивым сразу РЅРµ помочь освоиться, то РЅР° РЅРёС… уйдет РєСѓРґР° больше времени, чем РЅР° самого дерзкого наглеца, — значит, РѕРЅ Сѓ вас играет гаммы СЃ тех РїРѕСЂ, как научился сидеть, Р° «Аппассионату» — СЃ трех лет? Р