— Девку. — Мужик тычет дрожащим грязным пальцем в Эн. — На час. Нас трое, все путем будет. За это получите шнур — два мотка, ведро гвоздей, лески катушку и топор. Водка нужна? У нас есть. Три бутылки дам, но это будет полтора часа. Идет?
Эн возмущенно набирает в грудь воздуха, готовясь выпалить что-то очень гневное и злое, но Ник, уверенный, что Хал сейчас даст достойный отпор хозяину магазина, обнимает ее за плечи и шепчет в розовое ушко, украшенное серебряной сережкой-звездочкой:
— Молчи!
— Давно бухаете? — словно и не слыша предложения мужика, лениво осведомляется Хал.
— Неделю, — мычит мужик. — Ё-ё, надо завязывать. Ну, что, вы согласны? Если нет — валите к бебеной маме, я спать хочу!
Эн открывает рот, чтобы послать похмельного сластолюбца по уже озвученному адресу, но ее опережает Хал. Спокойно кивнув, он говорит:
— Согласны. Пошли внутрь, товар покажешь.
И не дожидаясь ответа, поднимается. Мужик хмыкает и тоже встает.
— Ну, пошли.
— Я никуда не пойду! — выкрикивает Эн. — Эксо-эксо, Кэнди.
Ник хмурится. Он ничего не понимает, так же, как и Эн. Самое время высказать Халу претензии по поводу его умении вести переговоры, но тут татарин оглядывается и хитро подмигивает своим спутникам — мол, все будет нормально.
В торговом зале магазина царит полумрак. Разгромленные прилавки сдвинуты в дальний угол, а прямо напротив входа друзья видят чугунную печку-буржуйку, на которой аппетитно побулькивает в большом дюралевом котле-тагане какое-то мясное варево. За печкой, у дальней стены, громоздятся ящики и мешки.
Поодаль, на грязных надувных матрацах, лежат двое мужчин. Судя по всему, оба находятся в состоянии глубокого похмелья. Они лишь вяло машут гостям, но даже не пытаются встать. Между матрацами высится импровизированный стол — снятая с петель и уложенная на ящики пластиковая дверь, густо заставленная пустыми и полными водочными бутылками, грязными мисками, кружками.
— Это Колян, это Ильнур, — представляет лежащих пучеглазый. — С нашего двора мужики. Ну что, товар смотреть давай. Вот гвозди, вот тут, в мешке, шнур. Топоры там, в ящике. Все в смазке, как новое.
— Может, нальете? — предлагает Хал, алчно пожирая глазами водку на столе. — А то как-то не по-русски, блин.
— Не вопрос, — легко соглашается пучеглазый. — Падайте, где найдете.
Себе он подтаскивает пустой пластиковый ящик, гордо садится верхом, точным движением подхватывает со стола бутылку и разливает водку по кружкам.
— Э, ты чё, не уважаешь? — возмущается Хал, указывая на кружку. — У нас за знакомство по полной льют!
Ник и Эн вдвоем приносят узкий железный шкаф-пенал, укладывают его в стороне, садятся. Они так и не понимают, какую игру ведет Хал. Эн бьет мелкая дрожь, Ник, как может, шепотом успокаивает девушку.
— По полной, по полной, — руководит действиями пучеглазого татарин. Повернувшись к Коляну и Ильнуру, он делает приглашающий жест рукой. — Айда, мужики, похмелитесь!
— Олег, мы ж завязать хотели! — подает неуверенный голос узколицый Колян.
— Да ладно, — радостно машет рукой пучеглазый. — Вишь, гости у нас. Девушка-красавица. Повод! Как зовут-то?
Эн передергивает от отвращения.
— Это Наташа, я — Никита, — отвечает за нее Ник. — Мы пить не будем… И это, мужики…
— Стопе! — обрывает его Хал. Он поднимает полную кружку, чокается с пучеглазым Олегом, Коляном и Ильнуром. — Давайте, за то, чтобы у нас все было и ничего нам за это не было!
Обитатели магазина переглядываются, чернявый Ильнур кривится, но вслед за Олегом и Коляном вливает в себя содержимое кружки.
— А-а-а… хорошо пошла, — сообщает неизвестно кому пучеглазый. — Сейчас закусим! Ильнур, как там наш супчик?
— Готово!
— После первой не закусываю, блин, — категорично заявляет Хал. — У нас во дворе один бродяга по жизни жил, Беляш. Он знаете, чё говорил? От первой ходки до второй перерывчик не большой! Ха-ха! Поливай, Олегыч!
— Первый раз сидим как люди, — масляно улыбаясь, блеет мгновенно захмелевший Ильнур. — Ну, давай по второй. Колян, ты как?
— П-подреживаю, — заплетающимся языком отвечает узколицый и хватается за кружку. — Выпьем — и пожрем, да?
Олег, выпучив глаза так, что они едва не вываливаются из орбит, кивает. Он залпом одолевает свою порцию и выжидательно смотрит на Хала. Из всей троицы магазинных жителей он один не окосел, а скорее наоборот — движения его сделались более уверенными, мутные глаза прояснились.
Хал, улыбаясь, выпивает водку как воду, со стуком ставит кружку на стол. Ник шарит взглядом по грязному полу, подыскивая что-нибудь потяжелее — непонятная игра Хала явно подходит к концу, близится развязка. Татарин между тем совершенно спокойно спрашивает:
— А чё, где у вас тут поссать можно?
— Вон туда, — кивает на темный проем, ведущий в служебные помещения, Олег. — Прямо по коридору — и во двор. Там увидишь.
— А собак там нет?
— Бывает, — снова кивает пучеглазый. — Трубу возьми.
Подхватив тот самый кусок водопроводной трубы, с которым Олег выходил встречать гостей, Хал нетвердой походкой удаляется в темноту.
