- Девочка моя, ты такая беспомощная, - Эмма выгнулась и стала целовать правую ногу Реджины, поднимаясь от щиколотки к ощутимо жаркому месту.
Реджина и правда была в предвкушении. Она безумно хотела Свон и продолжения ее таких возбуждающих действий. Она не собиралась просто так подчиняться Анаконде и собиралась бороться.
Тело все еще оставалось подвижным, и она с новой силой начала брыкаться.
Да так сильно, что не рассчитала и когда Свон целовала ее ногу в области коленки, то Миллс сильно ударила по носу блондинки. Свон вскрикнула и сев ровно, ухватилась за разбитый нос ладонью.
Брюнетка сначала очень испугалась и подумала, что разбила Эмме нос, но потом увидела, что более-менее все в порядке и заулыбалась.
- Ммм теее, - она попыталась сказать, так тебе и надо, но это плохо вышло.
- Я сейчас, - Свон закидывая голову вверх вышла из комнаты. Ушибленный нос очень болел, и Эмма боялась, что он мог быть сломан.
- Аааа, - закидывая голову, завыла брюнетка. Она совершенно не хотела причинить Эмме боли и тем более что-то разбить или сломать. Сейчас больше всего ей хотелось побежать за любимой и узнать, что с ней.
Свон возвратилась только минут через десять. С ледяным компрессом у носа и косым взглядом на Миллс.
- Ты так этого не хотела? - спрашивает Свон, скидывая на пол, лежавший на кровати стек, - можно было просто сказать, а не калечить меня.
- Пммми, - Реджина сделала виноватое лицо. Она очень этого хотела, а ударила чисто случайно.
Эмма вздохнула и присела на край кровати. Она поменяла руку, держащую компресс, и положила прохладную ото льда ладонь на оголенный животик Реджины, водя по нему то вверх, то вниз.
Миллс задрожала от каких приятных, но чуть холодных прикосновений. Она смотрела на Эмму слегка прикрытыми глазами.
- Ты знаешь, что у меня была кровь, - Свон вновь меняет руки, чтобы касаться Реджины только прохладной конечностью. Но голос блондинки был спокоен, без какой-либо злости или неодобрения, даже ласковый.
У Реджины расширились глаза, ведь она думала, что это только ушиб. Она дернула руками, но наручники ей не дали приблизиться к Свон.
- Тебе меня совсем не жалко, - обидчиво констатирует Свон и убирает от лица компресс. Нос немного опухший, но никакой крови уже нет. Эмма достает кусочек льда и держит его в руке несколько секунд. Потом одним резким движением садится на коленях меж раздвинутых ног любимой.
- Ты же не будешь мне больше делать больно? - спросила Свон и положила кусочек льда в рот, а после наклонилась и стала водить ледяной прохладой сначала по животу, затем медленно и опасно приближалась к груди. Эмму завела эта игра не на шутку, она даже не обращала внимания на боль в носу. Он хоть не сломан, но ушиб довольно непростой. Но сейчас Свон не обращала на это внимание, она полностью ушла в мучительные ласки любимой.
Миллс, конечно же, было жалко Эмму, и она очень бы хотела ее пожалеть, но еще больше она хотела, чтобы блондинка не останавливалась. Скользящая по ее телу ледышка вперемешку с горячим дыханием, сводила с ума. Реджина выгибалась в спине навстречу ласкам Свон. Тихие стоны срывались с губ, но уже очень хотелось большего.
- Не думай, что все так просто, - произнесла Свон, когда лед растаял, оставляя после себя уже огненную от температуры тела и дыхания блондинки воду. Эмма стала ласкать тело просто губами, руками, не давая Реджине опомниться. Эмма была везде, нежно касалась каждого участка прекрасного тела, но не там, где ее так ждет брюнетка. Эта пытка доставляла неимоверное удовольствие Эмме, ведь она чувствовала, как Миллс не терпится, как она яростно выгибается на каждое прикосновение, как стонет и никакой кляп не заглушает этих приятных слуху блондинки стонов, как карие прикрытые глаза, так и молят о более тесном контакте, о более глубоком проникновении и, наконец, касании там, где это сейчас так необходимо.
Реджина сходила с ума. Ей казалось, что эта самая жестокая пытка в мире и с ней не сравнится даже вонзающиеся в тело сотни острых, как бритва клинков. Хотелось молить о пощаде и выдать все тайны, о которых никто не знал. Свон чувствовала отдачу каждой клеточки тела Реджины, она слышала отклик на каждое свое прикосновение.
- Амм, - девушка изнывала от желания.
- Скажи мне, что ты хочешь, - издевалась Свон, ложась всем своим телом на закованное тело брюнетки. Она знала, что та ей не ответит, но все равно спросила, хотя знала ответ, чувствовала его. Эмма нежно убрала совсем мокрые, прилипшие к лицу темные пряди и стала целовать щеки, скулы, - скажи, - глаза, губы, которым так мешал этот маленький шарик.
- Мм, - Миллс хотела кричать о своем желании, но не было ни сил, ни возможности. Она просто прикрыла глаза и наслаждалась прикосновениями и поцелуями любимой.
- Я правильно поняла? - Свон продолжала пытку и как бы невзначай продвинула свою коленку к промежности Реджины, прижимаясь к ней.
Миллс закивала и сократила несколько сантиметров между ней и бедром Эммы. Девушка и сама чувствовала, как мокро у нее между ног и как там все горит.
