- Всё! – повысил голос младший.
- Ладно, – кивнул Итачи, готовясь к худшему. Не ожидал, что Кагами и его компания решатся посвятить Саске во что-то серьёзное, – они говорили об Узумаки Кушине? О том, как она погибла с мужем в аварии? Наверно, об их сыне, с которым я живу в одном доме.
- Не смягчай, Итачи. Трахаешься с ним!
- Грубо, но верно, – опять согласился Итачи. – Что ещё? Они не рассказали тебе о планах относительно Наруто? Что они его…
- Они рассказали мне достаточно, – перебил Саске, – я в курсе, кто устроил аварию. Эта женщина, которая устанавливала свои порядки и плевала на остальных.
Итачи вздрогнул. Ждал такого заявления, готовился к нему, но не предвидел столь яростных эмоций. Кушина – тиранка? По словам Хьюги, она была обычной женщиной. Она даже не претендовала на большее, чем ей причиталось. Она корпорацию, считай, из пепла восстановила.
- Искажённая история, – отрезал Итачи, подобравшись. Саске явно переживал тёмное для себя время. Ему бы выговориться, доводами поделиться, а он в себе держал. Семейная отличительная черта, тут сложно что-либо изменить.
- Искажённая или нет, – сохраняя остатки терпения, вымолвил Саске, – она уже произошла. И давно. А ты перетираешь её раз за разом. Кому от этого станет лучше?
Настроение отчаявшегося выбраться из горячей точки живым человека.
- То, есть, ты допускаешь убийство? – уточнил Итачи, стараясь тоже выдерживать тон.
- Дело не в убийстве.
- А в чём тогда? Что может быть важнее хладнокровной расправы над ни в чём неповинными людьми.
- Значит, ты плохо осведомлён, – Саске не сдавался. Ему оказалось более важным победить брата ещё и в споре.
- Давай делиться, – новое предложение, подразумевающее компромисс. Только захочет ли Итачи высказаться, зная, с кем работает Саске.
- Выведаешь всё, что знаю я, а потом отправишь во вражеский штаб собирать дополнительную информацию? – не поддался младший.
- Саске, я не хочу, чтобы ты попал под их влияние, – попытка развеять несговорчивость брата.
- А кто сказал, что я попаду?
- Ты ведь уже попал. И останешься там, если не одумаешься сейчас.
- А что если это мой шанс на будущее? Твоё-то уже под сомнением из-за твоей странной деятельности.
- Меня сейчас заботит не моё будущее, а ты. Как ты мог хоть на минуту согласиться с теми, кто расчётливо запланировал двойное убийство? Да, они – твоя семья. Да, они относятся к тебе с пониманием и терпением и вряд ли будут мешать твоей карьере, если захочешь отколоться от них… – Итачи на миг задумался. Неосторожно допустил логически напрашивающуюся мысль, что теперь Саске обязан присоединиться к Итачи. Нельзя. Если надавить, Саске сразу определится со стороной, – …от всех нас.
- Почему же люди спокойно принимают жертвы во время войны?
- Кто сказал, что спокойно? Ты встречал семьи, в которых погибали сыновья, дочери, отцы…
- Будто ты встречал.
- Я встречал, – Итачи цепко держал внимание брата. – Во время ли войны ты теряешь родственника, или от руки маньяка в подворотне – разницы никакой нет.
- Сейчас не война.
- Ты сам завёл этот разговор, Саске. Ты бы не смирился с нацией убийц. Почему хочешь спустить грехи отдельных людей?
- Потому что эти люди – моя! семья! – выделил Саске.
- Ты охотнее примешь их сторону, но не мою. Что я тебе сделал?
- Потому что ты врал мне. А они – сказали правду, какой бы уродливой она ни была.
Сильный ход. Правда во все времена являлась мощнейшим оружием.
- Я не врал.
- Скрывал и врал – одно и то же.
- Тогда, может, послушаешь и мою правду?
- Ты пристрастен. А я имел несчастье судить со стороны. И почему-то никто не подумал, как я всё это буду переживать в одиночестве, – Саске опять распалялся. – Где ты был, когда я катался по городу эти два дня? Разве я мог своим друзьям рассказать?
- Я не знал, что они осмелятся рассказать тебе. Но ты ведь мог просто приехать и поинтересоваться. Я бы никогда не выгнал тебя за дверь, не будучи уверен в твоём физическом и душевном благополучии.
- Ага, а как же твои гонения: «не оставайся с моей женой наедине», – передразнил Саске искажённым голосом, как часто делают обиженные дети.
- Я боялся того, что может случиться, если ты узнаешь…
- Вот видишь, – подловил Саске, стремительно поднимаясь с места и не отводя пальца от Итачи, – ты сам только что признался, что не собирался мне ничего рассказывать. Значит, ты хотел и дальше водить меня за нос, строя из себя идеального старшего брата.
- А тебе по душе то, что сейчас происходит? Ты охотнее послушаешь преступника, потому что он тебе правду рассказал? Я же хотел тебя просто оградить. Неужели так сложно понять? – выдохнул Итачи. Оставался неуслышанным, как ни старался.
- Ты хотел и дальше врать, а Текка посчитал меня достойным доверия.
- Согласен, он поступил мудрее меня, – Итачи приблизился, исключая бегство, – намного легче удержать благодарного за доверие, неокрепшего подростка, который никогда в жизни с трудностями не сталкивался.
- А ты хочешь сказать, что таким образом оберегал меня, да? Враньём оберегал?
