— Что я устраиваю!? — возмутилась девушка, — я ничего не устраиваю. Я просто хотела… хотела поцеловать тебя. Потому что ты мне нравишься, вот. Давно нравишься. Не как друг, как…
Вот и сказала!
— Прекрати, — оборвал ее Итан, но без прежней агрессии, а как-то устало, словно у него резко разыгралась сильная мигрень, — не хочу все это слушать. Иди домой, мелкая. Отогрейся, выспись и больше не твори херню, — он впервые использовал подобную лексику в общении с ней.
Дело плохо — смекнула Джуди. Сильно она его, выходит, разозлила всеми своими поползновениями, раз до такого дошло. Эти Уокеры — страшные снобы. Не их аристократическими ртами исторгать ругательства, уподобляясь «простым смертным».
— Это не херня, — возразила она вместо того, чтобы послушаться его совета и не усугублять ситуацию еще больше.
Она не была бы Джудит Дэвис, если бы не упорствовала в своих ошибках.
— Зачем так грубо!? — обиженно спросила она, — ты мог бы просто сказать, что я тебе не нравлюсь, что нам лучше остаться друзьями. Так делают нормальные люди…
— Затем, — жестко пресек Итан, — затем, что нам не стоит оставаться друзьями. Мне не нужно, чтобы ты продолжала всякое себе выдумывать. Раз ты созрела, заведи отношения со сверстником, а ко мне не лезь, ясно? Я вообще-то сильно старше тебя. У меня своя жизнь и тебе в ней не место. Ты уже достаточно большая девочка, пора бы это понять.
Сэнди ее предупреждала, не раз и не два. Она говорила: мы им не ровня. Уокеры — типичные богатые англосаксонские протестанты. Они привыкли на всех смотреть свысока. Джуди спорила, что ее Итан совсем не такой. Как же она заблуждалась!
На что она вообще рассчитывала? У него, скорее всего, давно есть девушка из его же круга, более ему подходящая. Сдалась ему глупая малолетка. Дворняжка.
— Не приходи сюда больше, — добил Итан, — я забираю свои слова обратно.
Джуд с легкостью поняла, о каких словах идет речь.
В горле запершило от подступающих слез, и ей понадобилась вся сила воли, чтобы сдержать их и не разреветься.
— Да больно надо! — зло выплюнула она, — к черту тебя и твой остров! Никогда больше не хочу тебя видеть!
Девушка проговорила это и помчалась на берег, утопая в рыхлом, мокром снегу. Она торопилась сбежать: слезы уже застилали глаза, и все сливалось в одно мутное, белое марево.
Джудит вскарабкалась по склону и обняла себя руками, чтобы не так сильно дрожать от холода.
— К черту тебя и твой остров! Да чтобы ты сгинул! Чтобы утонул в этой сраной реке! Чтобы сдох! — с ненавистью выпалила она, обращаясь к темной фигуре, отсюда едва различимой за ажуром голых ветвей.
Скоро ее желание сбылось.
Джуди всегда считала, что падение в обморок от переизбытка чувств — это художественный прием. Пока это не случилось с ней самой.
Она совершенно не помнила, как потеряла сознание, и что произошло после визита призрака из зазеркалья. Огромный пласт информации выпал из памяти.
Она ощущала липкую ленту, удерживавшую руки за спинкой стула и жесткость сидения под своей пятой точкой. Кто-то ее усадил и связал. И девушка в срочном порядке нуждалась в том, чтобы восполнить пробелы и восстановить причинно-следственную связь своих злоключений.
Кто и зачем это сделал? Что вообще тут творится?
Джуд не спешила открывать глаза и сосредоточенно прислушивалась.
Она бы предположила, что все это — плоды ее воображения, разыгравшегося на нервной почве, но непонятный шум и незнакомые голоса уверяли в обратном.
А ведь банальное объяснение устроило бы ее куда больше: вконец расклеившись из-за мартовской меланхолии, она что-то намудрила с дозировкой снотворного.
Вот ей и привиделся призрак Итана, выбравшийся из зеркала, чтобы погрузить ее в омут чувственных наслаждений. Сладострастный демон из причудливого мира БДСМ, где вместо кожаных ремней и атласных лент используют малярный скотч.
Ее руки были стянуты именно им. Это не вызывало сомнений.
Увы, ее не торопились погружать в какой-то там сладострастно-чувственный омут. Про нее совсем позабыли. И среди говоривших не угадывался никто, и близко похожий на Итана или его зазеркального двойника.
Неизвестные парень и девушка ожесточенно спорили между собой. И суть их разговора все время ускользала от Джуди, как она не силилась уловить в нем хоть крупицу смысла.
— Мэл, сбавь обороты, — потребовал парень.
— Я спокойна, как буддийский монах, — ответила его собеседница, но нервозные, звенящие нотки в голосе ее выдавали.
— Ребята, — вмешался кто-то третий, — давайте просто заберем его и свалим?
— Надо прибрать за собой, — возразила девушка, — нельзя ее так оставлять.
Ее — повторила Джуд про себя, догадавшись, что речь идет о ней.
Она слегка пошевелила запястьями, и с облегчением заключила, что связали ее не очень надежно. Она, конечно, не была супершпионкой из фильмов, умеющей ловко сбрасывать с себя путы, но частенько в работе встречалась с малярной лентой. Потому Джуди знала, что при должном усилии ее легко разорвать.
— … надо грохнуть, — продолжила свою мысль незнакомка.
Отлично!
