Итак, нежданное признаньеСлетело с изумленных уст!..Не оттого ль мое терзанье?Не оттого ли мир мне пуст?Не оттого ли нет мне места,Взлелеянного мной вполне?И в каждой девушке невестаЯвляется невольно мне?Не оттого ль без оговорокЯ не приемлю ничего?Не оттого ль так жутко-зорокМой взор, вонзенный в Божество?Не оттого ль мои паденьяИз глуби бездны снова взлет?Не оттого ль стихотвореньямЧего-то всё недостает?..И как судить я брата смею,Когда я недостатков полн,И, – уподобленный пигмею, —Барахтаюсь в пучине волн?..<p>Чары соловья</p>Но соловей не величавейМеня, а всё ж он – соловей,Чья песнь посвящена дубравеИ первым трепетам ветвей!В его бесцельном распеваньеНе больше смысла, чем в траве,И всё же в нем очарованье, —В ничтожном этом соловье!И в пенье бестенденциозномНе мудрость высшая ль видна?Не надо вовсе быть серьезным,Когда томит тебя весна!Весной упиться всем уменьемДуши безрáзумной умей!Так говорим волшебным пеньемТебе и я, и соловей!<p>Возрождение</p>Величье мира – в самом малом.Величье песни – в простоте.Душа того не понимала,Нераспятая на кресте.Теперь же, после муки крестной,Очищенная, возродясь,Она с мелодией небеснойВдруг обрела живую связь.Освободясь от исхищренийКогтистой моды, ожил стих —Питомец чистых вдохновенийИ вешних радостей живых.И вот потек он ручейково,Он бьет струей поверх запруд,И нет нигде такой оковы:Зальдить ручей – мой вольный труд!<p>«Эти» мужчины</p>Предвижу критиков ухмылки,Их перекошенные рты.Их презирает стих мой пылкий —Явленье истой красоты!Огонь святого вдохновеньяРастопит скептицизма лед,И критиков в одно мгновеньеЗакружит мой водоворот.В нем эти лысые, косые,Кривые, пошлые и все,Кем разукрашена Россия,Вдруг явятся во всей красе.И взвоют «евнухи Парнаса»,Кружась передо мной волчком:«Позволь, о автор „Ананасов“,Тебя ругнуть… чуть-чуть… бочком:Ведь при такой дороговизнеКак нам прожить без руготни?»…Нет, кроме шуток, эти «слизни»Существовали в оны дни.Почти что мной напропалуюМеня угодливо браня,В глаза – чуть руки не целуяИ ремесло свое кляня…<p>Вне политики</p>Где ходит море синим шагомТо к берегу, то к островам,Нет плаца бешеным ватагам,Нет фразы взбалмошным словам;Где в зелень берегов одетаЗлатисто-карая река,Здесь нет ни одного «кадета»,Ни одного «большевика».И где в растущем изумрудеЛесов и поля дышит Бог,Здесь братьями живут все людиИ славословят каждый вздох.И здесь, где лишь от счастья плачетЖивой, где горести чужды,Здесь нет политики, и значит:Нет преднамеренной вражды!<p>Доказательства рабства</p>
