Сами патроны как я и ожидал, пули, а не дробь. Будь у него второе, я бы, наверное, даже не почувствовал попадание. Так, пощекотало бы даже не остановив. А вот получить пулей в упор и обойтись здоровенным синяком и маленькой ранкой уже большая удача. Обычно, я так думаю, эти пули людей прошивают на вылет, ну или в ином случае превращают потроха в фарш.
Ружьё Фёдора в идеальном состоянии. Видно, мужик тщательно следил за ним. Такое можно не только продать без стыда, но и выставить куда-нибудь на показ. Выставку там или стол следователя ведущего дело о сбыте оружия за границу.
— Это мы заберём. — я вставил полный магазин в ружьё и закинул его за спину. — Это заполним и тоже спрячем. — магазины забил патронами и спрятал в карман. — Ну и как же без россыпи на добросить? — остальные патроны тоже ушли в карман. Позже придумаю как их будет удобнее всего таскать.
Помимо ружья и качественного ножа у Фёдора при себе имелось очень много мелочей главным образом ориентированного на выживание. Он, по всей видимости приехал сюда, так сказать, с полей. А может он как раз на охоту уезжал и попав под начало апокалипсиса решил вернуться. А тут я. И теперь он мёртв.
— Или нет? — я заметил, как вмятина в его груди потихоньку пропадает. Будто бы организм пытается вернуть целостность этого участка. — Ты что, бессмертный?
Я прислушался и действительно, в его организме творилось нечто непонятное.
— Дир, отойдём ка. Мало ли, рванёт? — за лучшее я решил отойти в безопасное место. Чёрт его знает как игроки стали игроками. Может в нас сидят инопланетные паразиты? Показывают нам картинки, отвлекают сверхспособностями пока сами растут и пожирают своего носителя изнутри. А когда тот погибает, эти твари подобно чужим вырываются из брюха.
Мы поднялись на пару ступеней по лестнице, на тот случай если из Фёдора полезет какая-нибудь дичь. Я ещё ствол на него направил, чтобы, значит, сразу пальнуть если что.
Его грудь вернулась в норму и как это не прискорбно, оттуда никто не полез. Зато кровь начала впитываться в кожу, как если бы та превратилась в губку.
Что бы это не было на самом деле, выглядело как мощная регенерация способная мёртвого вернуть на этот свет.
— Гляди. Ты когда-нибудь видел подобное? — корги решил промолчать. — А я видел, только не в реальности. В жизни это куда страшнее смотрится. А знаешь, если он оживёт, так даже лучше. — говоря это я оскалился. — Люблю, когда мои игрушки не ломаются. — корги посмотрел на меня словно я какой-то психопат, повёрнутый на садизме. Впрочем, позывы к этому у меня есть, но опять же неясно откуда они.
Спустившись, встал в нескольких метрах от Фёдора, ожидая пока тот очнётся. А подвижки к этому уже были. Его сердце вновь застучало, гоняя кровь. Если бы я не видел этого хрена мёртвым, думал бы что он просто в отрубе.
Вот он начал открывать глаза, после чего увидел меня, который стоял недалеко и держал его на прицеле ружья. Рожа Фёдора сразу же изменилась стоило ему осознать, что я понял, как работает его способность и сейчас держу его за яйца.
Полагаю, он думал раз я его прикончил то сразу уйду, и он сможет наказать меня позже. А может быть он и не знал, что вообще способен воскреснуть после смерти и сейчас в шоке.
— Всё херня Фёдор, давай по новой. — сказал я и выстрелил ему в голову.
Лицо мужика разорвало в клочья как переспелый арбуз. Во все стороны полетели ошмётки кожи, клочьев мозгов и осколков костей. Отвратительное зрелище, но это всё чего я почувствовал. Рвотных позывов нет, хотя по идее, должны быть. Зрелище далеко не для слабонервных.
— Вот же я сухарь. Да Дир? — корги никак не отреагировал на мой вопрос, а вот судя по его выражению мордочки было ясно, что пемброк уже устал и хочет, чтобы этот идиот закончил заниматься ерундой. — Ну, да не важно. Сейчас посмотрим справиться ли его регенерация с таким уроном и, если нет, пойдём дальше.
Дир развалился на лестнице и стал ждать. Я тоже сел. Выщелкнул магазин, докинул в него патрон и вставил обратно магазин в ружьё. После этого положил его рядом с собой и подобрав гильзу, смачно её занюхал.
— Ммм, запах пороха с примесью крови поверженного врага прекрасен. — хоть я и выглядел беспечно, мой взгляд был устремлён в место, где плоть Фёдора должна затягиваться в первую очередь. И изменений там чего-то нет. — А если поверженный враг действительно помер, то… Ты ведь помер? — сыкотно оставлять за спиной озлобленного игрока со способностью к самоисцелению вплоть до возрождения из мёртвых. Это ненормально и у него должен быть предел. Может как зомби дохнет? Вот, например, голову ему кокнуть или ещё чего?
Я продолжал ожидать его воскрешения, однако даже спустя десять минут никаких изменений не произошло. Честно сказать было несколько досадно. Думал, можно было бы неплохо так насладиться своим превосходством, но увы.
