В Свердловск надеждинская команда пришла первой. В гостинице им показали газету «Уральский рабочий», где была уже помещена карикатура на пермских лыжников, как они едут в кошевке, палка торчит из-под тулупа и сивка их тащит.
Надеждинцев свердловчане приняли как героев. Выдали им премии и крупные жетоны с изображением лыжника и с надписью «Первый уральский звездный лыжный пробег». Серов шутил:
— Ребятня за нами бежит по улице — узнают по этим бляхам. Здоровенные, бляхи, как у носильщиков.
— Ничего, будет что внукам показать.
— А покамест покажем нашим дедам, чтобы гордились внуками.
Надеждинская команда в полном составе была послана представлять Урал на Первую Всесоюзную спартакиаду. К ним присоединили еще трех лучших лыжников из Тагильского и Асбестовского рудников. Первоначальный маршрут намечался Свердловск — Москва, но Высший совет по делам физкультуры, проверив дистанцию, отменил его: в лесах и на трактах встречались тогда стаи волков. Новое распоряжение было — стартовать уральцам из Ярославля, куда они добрались поездом. По условиям состязания предстояло пройти 270 километров до Москвы за два с половиной дня.
Старт был назначен на первое февраля. В ожидании прибытия других команд уральцы поселились в гостинице. Знакомились с городом, дивились старинной русской архитектуре, ходили на лыжах в окрестностях и однажды неожиданно наткнулись на движущуюся снежную массу: казалось, ожившие сугробы стремительно идут на них по Волге. Приблизившись, сугробы превратились в людей.
— Вот это маскировка! — восхищался Анатолий. — Даже я не догадался, что это красноармейцы, а у меня ведь зрение сверхотличное, как у отца.
Со свойственной ему впечатлительностью, он впитывал в себя все новое, все, что имело отношение к его будущей службе в Красной Армии, о чем он не переставал думать. И теперь, как зачарованный, смотрел вслед удалявшемуся отряду.
В день старта повалил мокрый снег. Он прилипал к лыжам. Передвигаться было почти невозможно. Этого уральцы не предвидели. Мазь, взятая из дому, годилась при морозе не меньше двадцати градусов, а при теплой погоде была бесполезна. Все-таки двинулись. Пятьдесят километров до Ростова одолели с большим напряжением.
— В жизни такого не бывало, — возмущался Виктор, уже ставший как бы природным северянином-уральцем. — Ребята, что будем делать?
На ум пришла естественная мысль — взять мазь у ярославцев, у них должна быть подходящая, и они в порядке товарищества, конечно, выручили бы их. Но Анатолий напомнил:
— Поход военизированный. Тут могут быть всякие военные хитрости. Надо глядеть в оба. Соскабливайте мазь и пошли дальше.
Виктор согласился с этим. Идти было тяжело, да и дорога шла незнакомая. Горькой показалась уральцам минута, когда их обогнала команда ярославцев. Те насмешливо оглядывались на пропускавших их уральцев и покрикивали:
— Валяйте по нашему следу! Завтра будете в переяславской гостинице. Мы там заказали отличные номера! Может, вы нас еще застанете. А нет, так займете номера после нас.
Помрачневшие уральцы, рискуя выйти из соревнования, остановились на ночевку в деревне.
Поутру, проснувшись раньше всех и выйдя на улицу, Анатолий ворвался в избу с известием:
— Подъем! Подъем, ребятушки! Погода наша. Морозец не меньше двадцати пяти градусов. И обещает еще усилиться. Ура!
— Ура! Ура! — заорали в ответ.
Быстренько подкрепились, смазали лыжи и пошли.
Хоть мороз и не совсем уральский, но ничего, идем, как дома.
Он и его товарищи испытывали большой душевный подъем, особенно ощутимый после вчерашнего невезения. В середине дня догнали ярославцев. Те порядком приуныли. Кое-кто успел поморозиться, у некоторых головы были закутаны полотенцами и шарфами.
— Поморозили носы? — посмеивались уральцы. — Ничего, приходите в Переяславль, мы вам носики разотрем!
— Угостим чайком с брусникой!
— Сердечно примем вас в лучших номерах… тех самых!
Ярославцы махали им вслед кулаками, хотя и сами не могли не усмехнуться: действительно, положение их становилось комичным.
Мороз все крепчал. Анатолий ушел далеко вперед и пропал из виду. На зов не откликался. Наконец, встревоженные товарищи нашли его лежащим на снегу возле крайней избушки деревни. Виктор озабоченно всматривался в него.
— Мы уж боялись, что ты пошел волкам на завтрак. А ну, вставай.
— Я уже встал! — поднялся Анатолий. — Вас дожидался.
В избе отдохнули и побежали дальше. Серов опять впереди, но уже не отрывается, идет хорошо. Так — до самого Переяславля. Там им дали «те самые» лучшие номера, заказанные заранее, — видно, их приняли за ярославцев.
— Чудные комнаты, — хохотал Серов. — Располагайтесь, ребятушки.
Здесь обнаружилось, что у него пьексы примерзли к ногам.
Виктор вскричал:
— Как же ты шел?!
— Вот почему ты «дожидался» нас, валяясь на снегу, — догадался Климов.
Пьексы надрезали и стянули с ног. Натерли Анатолию ноги снегом, потом спиртом. На другое утро Серов проснулся как всегда первым и увидел, что ноги распухли. Смазав их гусиным жиром, он обулся. Разбудил друзей:
— Подъем! Финиш назначен на девять!
