Анатомия бабника полностью

Именно по этой причине, мне нужно записывать каждой ход Хадсона, чтобы по своей же наивности не попасться на удочку. Мне нужно направить всю свою энергию на написание статьи и построение будущей карьеры. С этой мыслью я сосредоточилась на предстоящей задаче — через двадцать минут я должна быть в противоположной части кампуса. Нельзя терять ни минуты.

— Значит, мы договорились?

— Однозначно, — кивнул Уилл.

— Круто. Только вот не знаю, как все организовать. Не создаст ли это предвзятого отношения к газете, если мы свяжем опрос с ней? К тому же, это может плохо отразиться на моем образе спортивного обозревателя. Ни один хоккеист не захочет разговаривать со мной, если будет иметь что-то против газеты.

Уилл поставил стаканчик на стол, повернулся к компьютеру и начал что-то печатать. Мне показалось, у него появилась идея насчет опроса.

— Есть приложение, где люди могут анонимно делиться друг с другом мыслями. Все разделены по группам, так что я смогу найти чат Бостонского колледжа и запостить опрос там. К концу дня там будет полно посещений. Гарантирую.

Я придвинулась поближе, чтобы посмотреть на то, что он делает.

— Нам не удастся отследить количество студентов, — он одарил меня косым взглядом. — Если только не воспользуемся… радикальными мерами.

Я достаточно проработала в газете, чтобы понять, что Уилл имел ввиду свои хакерские способности.

— Сейчас, это не так важно. Давай сконцентрируемся на том, чтобы узнать, что люди думают на самом деле.

— Блестяще, — сказал он. Я знала, что он имел в виду «круто» или «звучит отлично». Но в тот момент, я чувствовала себя блестяще в суперумном смысле.

Парта в дальнем углу большой классной комнаты давала мне прекрасную возможность наблюдать за взаимодействием профессора с хоккеистами на занятии. Их было трое, и, я уверена, это не было случайностью.

Я заметила Дейна Ковальски, который сидел, опустив голову, а его огромное тело почти заслоняло всю парту. Очевидно, ему не особо была интересна лекция.

Райдер «Окс» Меддокс сидел рядом с ним. После прошедшей вечеринки, мне пришлось найти его настоящее имя, чтобы сопоставить игроков с их номерами и позициями. Он походил на великана, сидящего за детским столиком. По крайней мере, он хотя бы пытался не заснуть, несмотря на то, что его пустой взгляд тоже не выражал интереса к лекции.

Мой телефон завибрировал, и я незаметно вытащила его, чтобы прочитать сообщение.

Уилл: Зацени.

Я нажала на ссылку, которую он мне прислал. Сначала мне показалось, что он просто показывает образец опроса, но потом заметила, что несколько людей уже ответили.

Я: Круто. Мы набираем обороты.

Уилл: Почитай комментарии. Мы набираем больше, чем просто обороты.

Я обвела взглядом первые ряды. Профессор был занят чтением своей лекции, поэтому я решила, что в безопасности, поэтому пролистала страницу вниз до комментариев. Только начав их читать, я поняла, что мы — онлайн поколение. Нам комфортнее делиться своим мнением, иногда в грубой форме, по ту сторону экрана.

«К спортсменам относятся как к королям. И, когда им что-то нужно, помощь предоставляется бесплатно, если их оценки более-менее нормальные. У меня нет денег на еду, аренду квартиры или медицинские счета, но никого не волнует, что я учусь на хирурга».

«Мы работаем круглосуточно, чтобы наша игра была на высоте. Вдобавок к этому, нам нужно получать достаточно высокие оценки, чтобы иметь возможность играть. Так что мы работаем в три раза больше, чем все остальные. Конечно, черт возьми, мы заслуживаем все, что получаем».

«Кто-то должен объяснить ему, что означает слово «круглосуточно». И пока ему нужно иметь средний бал около 2.3, для обычного студента, надеющегося попасть в медицинскую или юридическую школу, нужно иметь хотя бы 3.4. Не говоря уже о таких экзаменах, как ВИМК». (Примеч.: ВИМК — вступительные испытания в медицинский колледж).