Кэти немедленно раскаивается в своей низости, когда Эдгар спрашивает ее, как она может терпеть Хитклиффа у себя дома. Кэти, вспыхнув от гнева, заявляет, что дружит с Хитклиффом много дольше, чем с Эдгаром, и требует, чтобы ее гость говорил о Хитклиффе уважительно или ушел. Эдгар уходит, и Кэти меняет праздничный наряд на обычный и спешит к Хитклиффу, который ждет под скалой, чтобы просить у него прощения.
Этический конфликт в линии Кэти достигает кульминации, когда та сообщает служанке Нелли, что выйдет за Эдгара, и это слышит притаившийся в соседней комнате Хитклифф. В этот раз Кэти осуждает ее союзник, Нелли. Она спрашивает, что Кэти привлекает в Эдгаре, и та отвечает: он красив, обходителен и когда-нибудь будет богат. Нелли спрашивает о Хитклиффе, и Кэти отвечает, что стать его женой означало бы опуститься до его уровня.
Этот напряженный этический конфликт, выраженный в диалоге, сочетается с мастерским и эмоционально нагруженным сюжетным ходом. Потрясенный Хитклифф уходит, но это видит только Нелли. Кэти же в следующий миг заявляет, что ей не нужен Эдгар. Ей снилось, будто ее вышвырнули из Рая на Грозовой перевал, а она плачет от радости. Кэти говорит, что думает лишь о Хитклиффе, но тому, кажется, нравится ее мучить. Но притом Хитклифф — такой же, как и она. У них одна душа на двоих. Ошеломленная прозрением, Кэти говорит: «Я и есть Хитклифф». Узнав, что Хитклифф дослушал лишь до той минуты, когда она сказала, что не хочет до него опускаться, Кэти бросается вдогонку, крича ему вслед. Но уже поздно.
В этот момент трагедийный этический конфликт резко меняет направление: герои встают на места друг друга, и главную роль играет Хитклифф. Хитклифф возвращается и беспощадно мстит, как и подобает носителю небесной любви, которого отвергли ради земных благ.
Хитклифф — бунтарь, который, как Ахилл в «Илиаде», поначалу совершенно справедливо разгневан нечестным обращением. Бронте использует прием «возвращения героя»: Хитклифф объявляется вновь, как граф Монте-Кристо, богатым и искушенным. В этот момент зритель чувствует высокое торжество, и ему даже незачем рассказывать, как именно Хитклифф сумел столь круто измениться. Герой наконец вернулся сильным, как только можно мечтать в его ситуации. Зритель чувствует: «Теперь получится... У меня бы все вышло», а затем: «Вот теперь-то я наслажусь местью». Зритель твердо занимает сторону Хитклиффа, но автор меняет течение этического конфликта, заставляя героя заходить в своей мести слишком далеко. Даже пережив гибель такой большой любви и такую несправедливость, человек не должен ради мести жениться на сестре своего соперника и золовке неверной возлюбленной. При виде простодушно влюбленной Изабеллы, устремившейся в западню Хитклиффа, у зрителя сжимается сердце. Вот так показывается этический конфликт в великих произведениях литературы и кино.
Кэти и Хитклифф обмениваются ударами, словно враждующие монархи. Это ярость короля Лира в степи. Представление о небесной любви выходит таким убедительным именно из-за той свирепости, с которой герои мстят друг другу. Они поступают дико именно потому, что горячо друг друга любят.
В конце фильма Хитклифф еще раз обрушивается на Кэти, и в этот раз справедливо, хотя Кэти и лежит на смертном одре. Хитклифф ее не утешает. Его слезы — проклятье для Кэти. Она умоляет не разбивать ей сердце. Но Хитклифф отвечает, что она сама его разбила. «Какое право ты имела отбрасывать любовь ради пустого увлечения?» Их ничто на свете не могло разлучить. Но Кэти, говорит Хитклифф, сама погубила любовь, устремившись прочь, будто жадный ребенок. Кэти молит о прощении, и они целуются.
В книге Хитклифф еще раз преступает черту — пытается отравить жизнь Линтону. Именно потому эта часть не вошла в классическую экранизацию, которая во многих отношениях превосходит роман с точки зрения повествовательной стройности. В романе Хитклифф наносит слишком тяжелый удар, а Бронте продолжает этический конфликт лишь потому, что слишком хорошо умеет это делать, когда история Кэти и Хитклиффа, в сущности, завершена.
В «Короле Лире» Шекспир предлагает зрителю этический конфликт, богатый нюансами, что нехарактерно для классической трагедии. Ключевой прием состоит в том, что в произведении действуют два главных героя: Король Лир и Глостер. И тот и другой имеют моральные изъяны, оба по ходу действия нравственно деградируют, оба переживают этическое прозрение и погибают. Но здесь, в отличие, например, от «Гамлета», мы не видим в их благородной гибели никакого смысла. В «Гамлете» смерть героя восстанавливает должный миропорядок, а Дания ожидает благополучное будущее под властью честного и справедливого Фортинбраса.
