Божечки, во что ты вляпался, придурок? — качаю головой. Там интеллигенцией не пахнет совсем. Стало за Олега грустно… Но обратно не пущу! Даже если на коленях приползет. Он свой выбор сделал. Я, в отличие от него, к другим не уходила, хлопнув дверью.
— Мам, парни говорят, что Шапокляк нашего папу увела… — Мишка делает страшные глаза, заглядывая с надеждой снизу вверх, что мама все решит.
Оглядываю двор. Футболисты сбились в кучу и переговариваются, погладывая в нашу сторону. Бабки тоже пошли на совещание, охая и ахая: «Че делается?!».
Интересная кличка, вполне для Лизоньки подходящая.
— Миша, держись от нее подальше, слышишь меня? — пока тревожная мысль не оформилась, но ничего хорошего ждать не приходится. Подлая баба уже озвучила свои намерения. Ну что же… «Аста ла виста, бейби».
Весь вечер была на взводе. Гремучая смесь жажды чьей-то крови и ответных действий жрала меня поедом. Мишка все чувствовал и не задавал вопросов. Посмотрев мультики перед сном, без уговоров умылся, почистил зубы и отправился спать.
— Мам, расколдуй папу, ладно? Злая ведьма Шапокляк хочет его забрать себе, — натянул одеяло по самые глаза, вцепившись мертвой хваткой в края, словно пытался выставить защиту.
— Все будет хорошо, родной, — заправляю челку на бок и целую в лоб. — Папа скоро сам поймет, что она ведьма… И я ему помогу, — заговорщицки подмигиваю.
— А дядя Саша — хороший, — сладко зевает и поворачивается набок.
М-да, уж… Рыцарь без страха и упрека. От Белова, после попыток усадить нас в свое авто, больше не было известий — ни эсэмэс, ни звонков. Что до Олега, то он сильно упал в моих глазах. Сомневаюсь, что когда-то мы еще будем вместе, но вот Лизоньке мой гулена тоже не достанется. Я всегда была дальновидной женщиной и сейчас понимаю, что гадина попортит всем крови. Хуже всего будет моему Мишутке, который станет основной целью. От жены избавилась, осталась только одна привязанность — сын. Придется ломать Титова через колено. Да, любовница умело играет в душевные разговоры, потому что больше ничем зацепить не может… Куда этой курице тягаться со мной? Вон, даже Белов голову потерял. Ни себе, ни людям — Даша сделает. Я верну неверного мужа любой ценой. Не позволю никому причинить боль сыну…
«Нужно поговорить. Приходи сейчас!» — отправляю сообщение Олежке.
Рассматриваю себя в зеркало и самой страшно. Пустые глаза цинично сверкают холодным блеском. Идеальный макияж, в то время, как под шелковым халатом, едва прикрывающим ягодицы, ничего нет. На столе бутылка красного вина и виноград. Свет падает только от торшера, создавая интимную обстановку. Легкий фруктовый запах от ароматической свечи. Не дожидаясь бывшего, пригубила из бокала больше для «настроя».
Сигнал дверного звонка и я вскакиваю. Вдох-выдох. Нацепив блуждающую улыбку, иду открывать. Распахиваю дверь… Пара секунд требуется мозгу для идентификации стоящего за порогом человека, и я давлю на дверь, чтобы ее закрыть побыстрее. В проем успевает зайти ботинок из дорогой кожи.
— Симметрия, какая ты негостеприимная, — ему смешно.
Сил не хватает, чтобы его вытурить. Вторжение неизбежно. Рыкнув, сдаюсь и отхожу на пару шагов, выискивая взглядом, чем по башке шандарахнуть…
— Спокойно! Я пришел с миром, — его темнейшество заполняет собой прихожую, успевая осматриваться.
— Что. Тебе. Нужно? — цежу, сжав пальцы в кулак с такой силой, что ногти впиваются в кожу до боли. Не хочу, чтобы он входил на мою территорию. Какого черта Лютому нужно?
— У меня к тебе предложение, Дарья. Хотел лично озвучить… — расстегивает пуговицы пальто.
— Я тебя не приглашала! — начинаю шипеть. Матерь божья! Я даже без трусов… Перед этим бандитом — сглатываю накативший страх.
— Кого-то ждешь?
Только успел произнести, как раздается еще звонок. Белею как полотно и судорожно начинаю искать выход. Стас мне весь покер спутал, козлина…
— В шкаф! — раздвигаю дверцу встроенного большого гардероба. — Ну!
Видимо, у меня в глазах было что-то такое, из-за чего спорить с разъяренной женщиной бесполезно… Или он хотел посмотреть, что дальше будет. Покачав головой и пробурчав едва слышимое: «Нифига себе!», Лютый полез в шкаф и сел на чемодан, сложив руки на колени. Задвигаю купе и, поправив перед зеркалом волосы, открываю своему оленю дверь.
Титов подозрительно смотрит на меня, явно чувствуя подвох.
— С Мишей что-то случилось? Что за срочность на ночь глядя? — опускаю глаза на его ноги. Олег сбежал прямо в тапочках, накинув сверху куртку. Светлые волосы, как у домовенка Кузи, торчат в разные стороны. Мысленно отмечаю, что уже настояла бы на поход к парикмахеру завтра же… Куда его мымра смотрит?
— Миша спит! — прикладываю палец к губам, чтобы был потише.
Титов кивает. Потоптавшись, снимает тапки, вешает куртку и топает за мной на кухню. Заметив накрытый стол, округляет глаза:
— Даша? У кого день рождения?
Хочу сказать, что он, придурок, забыл, что днюха у меня в феврале… Но приходится выдать:
— У нас годовщина… Эм. Нашей встречи. Забыл? — прищуриваюсь.
