Во главе Центра исследования проблем стран ближнего зарубежья, в котором над проблемами стран Балтии (Латвии, Литвы, Эстонии) работал автор этих строк была поставлена «ведущий отечественный украиновед» Тамара Гузенкова. В отличие от М.Смолина и П.Мультатули, не перешагнувших уровень кандидатов исторических наук, Т.Гузенкова встретила новые веяния с докторским дипломом в кармане. Потрясающее хамство, нахрапистость, энергия и эгоизм в сочетании с патетикой состарившейся примадонны третьеразрядного провинциального театра легли в основу ее стратегии жизненного успеха. Дочь спившегося отставного офицера советских вооруженных сил, проведшая детство и юность в военном городке где-то то ли под Винницей, то ли под Полтавой, Т.Гузенкова ловит удачу за хвост, выйдя замуж за известного советского этнолога, специалиста по финно-угорским народам В.Пименова. В Институте этнологии РАН под его крылом она работает более 10 лет, защищает кандидатскую диссертацию и публикует ряд работ по этнологии чувашей. В 1998 (по другим данным в 1999 г.) она приходит в РИСИ. Тогдашний директор Е.Кожокин, которого она знала по Московскому университету, проникся сочувствием к обнищавшей на академических харчах «хохлушечке» и взял ее заниматься в Институте украинской проблематикой. На тот момент никакими познаниями, кроме владения украинским языком, Т.Гузенкова в этой области не обладала. Забросив чувашей, она достаточно быстро усвоила несколько десятков стереотипных политолого-пропагандистских фраз, артистическая компановка которых в сочетании с беспардонностью и хамством a la людоедка Эллочка, обеспечили ей определенное признание. Из-за этого хамства и чуть позднее проявившихся злобности и мстительности окружающие просто брезговали, а иногда и побаивались с нею связываться. В ее же сознании это отражалось как проявление мягкотелой интеллигентности, которую она всей душой презирала.
Докторская диссертация на тему «Верховная Рада в 1991-2001 гг. Историческое развитие новейшего парламентаризма на Украине» защищалась с трудом. Только усилиями и связями Е.Кожокина удалось добиться ее утверждения после повторной защиты на комиссии ВАК – дело беспрецедентно редкое, особенно в сфере гуманитарных дисциплин. Уподобляясь людоедке Эллочке не только в части усвоения политологической фразеологии, но и в части «слепой войны за титул королевы моды с дочерью миллионера Вандербильда», Т.Гузенкова вступила в аналогичную войну с Ю.Тимошенко, написав о ней книгу, которую иначе как политическим пасквилем назвать невозможно. Сочетание исторического невежества, российско-советского великодержавного хамства и претензий на роль властителей дум и «производителей политических смыслов» для властьимущих сыграли с руководством РИСИ злую шутку. Украинскому читателю хорошо будет понятна фраза – Л.Решетников и Т.Гузенкова стали в российском экспертном сообществе олицетворением худших черт режима В.Януковича.
Православный разведчик, выпускник Харьковского университета и невежественная взбалмошная, истеричная, но обладающая колоссальной энергией дама постбальзаковского возраста составили неразрывный тандем, в сознании которого не было места пониманию самого факта существования украинской государственности. Эта пара, при поддержке зависимых от них и подчиненных им научных сотрудников-экспертов, не могла высказвать ничего другого, кроме «Никакой Украины – только Малороссия», «украинская государственность – это блеф и failed state», «результат преступного разрушения большевиками Российской империи», «украинский язык искусственно создан австрийцами и поляками в целях разрушения русского единства», «консолидация постсоветского пространства на основе территориального и духовного возрождения...» и т.п. В сущности они воплощали крайнее антиукраинство, суть которого состояла не в том, чтобы в Украине существовала русская культурная среда и допускалось употребление русского языка, а в том, чтобы в ней не было ничего украинского, за исключением, может быть, Львовской и Тернопольской областей.
Эта позиция сочеталась с крайним, весьма эмоциональным антизападничеством. Его основу составил тезис о том, что у европейской и русской цивилизаций противоположные исторические миссии: европейская ставит в центр своей системы ценностей человека, а русская – Бога. Дополнительную эмоциональную окраску этому тезису придавали крайний антисемитизм и гомофобия. Порой складывалось впечатление, что антизападнические настроения не в последнюю очередь диктовались соображениями мужского сексуального самосохранения и женской ревности. По заявлению Л.Решетникова на одной из конференций, народы Ирака, в недалеком прошлом Сербии, а ныне ДНР/ЛНР сражаются и умирают, чтобы не жить по гомосексуальным (выражение смягчено) западным стандартам и лекалам.
