Работы накопилось - целый авгиевы конюшни. За разгребанием завалов время шло незаметно. После обеда появилась перспективная клиентка, полная сорокалетняя женщина в дорогом костюме, похожая на приодетую вокзальную буфетчицу. Ее молодой муженек, которого она, разумеется, подобрала и осчастливила, связался с какой-то девицей. Дама во что бы то ни стала желала знать о ней все. «Я сама с ней разберусь, мало не покажется. Мужик - это кот, что с него взять. Главное - убрать кошку», - сказала она.
Провожая ее, Дима искренне надеялся, что та выражается фигурально. Год назад один их клиент действительно «убрал» счастливого соперника, после чего Дима стал относиться к своей работе с еще большей брезгливостью.
Как назло, все сотрудники оказались заняты. И не просто заняты, а глобально. Вешать на кого-то дополнительное дело было нельзя, это вам не угрозыск. Дима поставил клиентку в очередь, с отвращением думая о том, что, если в ближайшие дни никто не освободится, придется идти «в поле» самому.
Настроение упало еще ниже. Дальше просто некуда. То мерзкое чувство, которое возникло еще утром в машине, не уходило. Они никогда не верил в предчувствия, но сейчас ему казалось, что должно случиться что-то… нехорошее.
Дима выпил кофе и решил, что для первого рабочего дня, пожалуй, достаточно. От ядовитых духов «буфетчицы» смертельно разболелась голова. Он вышел на крыльцо, попрощался с охранником и направился к машине.
Вставив ключ в замок, Дима выпрямился и оглянулся по сторонам. Ему вдруг показалось, что на него кто-то смотрит - пристально, не мигая.
Разорвав облака, выглянул яркий луч, и где-то далеко, за дворами, на крыше вспыхнул огонек. Солнечный зайчик.
Какие проводки замкнулись в чугунно гудящей голове, какая сила заставила его мгновенно пригнуться, спрятаться за машину?
Что-то чиркнуло по столбу - прямо за тем местом, где только что была его голова. И тут же снова, по крылу «форда».
«Бензобак!» - молнией промелькнуло в голове.
Инстинктивно схватив упавший дипломат и прикрывая им лицо, Дима зигзагом бросился к крыльцу, где замер оторопевший Влад. Там была «мертвая зона», и пули уже не могли его достать. За спиною грохнуло, горячая волна сбила с ног. Дима ударился головой о ступеньку и потерял сознание.
Первым, кого он увидел, открыв глаза, был Костя Малинин.
- Мать твою, Димка, опять ты вляпался! - хмуро констатировал он.
С трудом приподняв голову, Дима обнаружил себя на диване в своем кабинете. Голова болела и кружилась, сильно тошнило. В дверях стояла испуганная Леночка, рядом с диваном собирал сумку пожилой мужчина в белом халате.
- А ну лежите спокойно, - грозно приказал он. - Девушка, быстренько скажите водителю, чтобы носилки нес.
- Зачем носилки? - спросил Дима. - Вы меня что, в больницу хотите?
- А вы хотите сразу в морг? У вас сотрясение мозга, рука поранена.
Только тут Дима сообразил, что пиджака на нем нет, а вместо рукава рубашки от локтя до плеча белеет повязка. Но боли он не чувствовал.
- Я вам укол сделал, - сказал врач. - А там уже обработают и зашьют.
- Я с ним поеду, - подошел Костя.
- Вы родственник?
- Старший лейтенант Малинин, уголовный розыск.
- Да пожалуйста, - кивнул врач. - Заодно и погрузить поможете.
- А в какую больницу? - поинтересовался Гриша.
- На Гастелло.
- А там есть?..
- Если вы имеет в виду буржуйские палаты, то есть. Звоните в приемное, а еще лучше поезжайте прямо сейчас. Пока его штопать будут, все оформите и оплатите.
Диму осторожно переложили на носилки. Костя взялся за один конец, молодой водитель «скорой» - за другой.
Вот точно так же, оглохшего и ослепшего, под щебетание невидимых птиц его несли по едва начавшему зеленеть чеченскому лесу, а невидимое солнце ласково гладило по щеке. А еще раньше - выносили из заброшенного дома в Озерках, где брали вооруженного бандита. Тогда лезвие прошло, чуть не задев сердце…
Останки «форда» уже потушили. Безобразный черный скелет дымился в луже воды. Витрина неподалеку оскалила стеклянные зубы, мелкой крошкой блестел асфальт. Черноусый сержант отгонял зевак от заградительной ленты. Муравьями копошились эксперты.
- Ну вот, теперь я совсем крутой, - оказавшись в брюхе «скорой», сказал Косте Дима. - И наконец куплю машину поновее.
Врач покосился неприязненно, но промолчал.
- Костя, ты ничего не хочешь мне сказать? - спросил Дима.
- А ты? У меня-то есть что, но попозже. В буржуйской палате.
Ехали недолго. Дима дремал, вздрагивая, когда машина подпрыгивала на колдобинах или люках.
Потом была небольшая комната с кафельным полом и стенами, где ему зашили рану не левой руке и небольшую, но глубокую ссадину на лбу, там, где он приложился им о ступеньку.
Наконец пытки кончились. Его переодели в жуткую казенную пижаму из бурой байки, выдали заскорузлые тапки со стоптанными задниками и отвезли в довольно приличную маленькую палату. Второй ее обитатель, бритый наголо бугай в спортивных штанах с забинтованным до подмышек голым торсом, лежа на кровати, смотрел переносной телевизор и разговаривал по сотовому. Увидев бородатое чудище в больничной пижаме, он потерял дар речи.
