Анатомия убийства полностью

Алана Белкнап, адвокат защиты: Затем был парень-альпинист, который работал в «Магазине приключений Сьерра» в Лоун-Пайн. Тридцать один, холост. Ведет здоровый образ жизни, любитель активного отдыха, имеет популярную страницу в Instagram. Он и Клео мгновенно сошлись бы на «Матчмейкер»[15], что бы там ни было.

Мисс БЕЛКНАП: Вы принадлежите к местной церкви?

ПРИСЯЖНЫЙ № 13: Да, мэм, баптист Маунт-Уитни. Собственно, я возглавляю там мужскую группу.

Мисс БЕЛКНАП: Вы считаете себя активным членом церкви?

ПРИСЯЖНЫЙ № 13: Да, мэм.

Мисс БЕЛКНАП: Вы верите, что Библия – это буквальное слово Божье?

ПРИСЯЖНЫЙ № 13: Да, верю.

Мисс БЕЛКНАП: А каково ваше мнение о позиции церкви в отношении гомосексуальности?

ПРИСЯЖНЫЙ № 13: Я считаю, что гомосексуальность – это неправильно, но не безнадежно.

Алана Белкнап, адвокат защиты: И он смотрит прямо на Клео и улыбается. Ах-ха!

Рубен Джефсон, второй адвокат защиты: Я поймал эту улыбку. Она была мимолетной. Не думаю, что обвинение это заметило. И камера этого не записала.

Алана Белкнап, адвокат защиты: Это своего рода данность, что присяжный, который предан церкви и верит в непогрешимость Библии, скорее всего, принесет пользу обвинению, а не защите. Однако не стоит недооценивать силу сексуальной привлекательности. И это фундаментальный христианский принцип, согласно которому грешники могут и должны быть обращены в последователей Иисуса, чтобы обрести прощение.

Брайан Берли, помощник окружного прокурора: Отбор присяжных был запланирован на один день, но, судя по тому, как мы продвигались, это могло занять и пять, и шесть дней. Зная Судью О, мы полагали, что он рано или поздно потеряет терпение.

Мистер МЕЙСОН: Вы есть в социальных сетях?

ПРИСЯЖНЫЙ № 22: У меня нет компьютера.

Мистер МЕЙСОН: У вас есть смартфон?

ПРИСЯЖНЫЙ № 22: У меня есть сотовый телефон, не уверен, насколько он умный.

Мистер МЕЙСОН: Вы используете его для подключения к Интернету?

ПРИСЯЖНЫЙ № 22: Я использую свой телефон для телефонных звонков.

Мистер МЕЙСОН: Вы есть на Facebook или в Instagram?

ПРИСЯЖНЫЙ № 22: Нет.

Мистер МЕЙСОН: Вы когда-нибудь использовали социальные сети для чего-либо?

ПРИСЯЖНЫЙ № 22: Кто-то однажды показал мне Facebook на своем компьютере. Меня не заинтересовало.

Мистер МЕЙСОН: Итак, вот там сидит обвиняемая – вы когда-нибудь видели ее раньше?

ПРИСЯЖНЫЙ № 22: Нет, никогда.

Мистер МЕЙСОН: Даже по телевизору?

ПРИСЯЖНЫЙ № 22: У меня нет телевизора.

Рубен Джефсон, второй адвокат защиты: Мы использовали довольно много безапелляционных возражений, поэтому присяжного технофоба пытались отклонить по уважительной причине.

Брайан Берли, помощник окружного прокурора: Как то, что человек не пользуется Интернетом, делает его неподходящим на роль присяжного в процессе об убийстве? Разве здравый смысл не подсказывает, что у такого человека как раз не может быть предвзятого отношения, потому что он не подвергался воздействию Сети?

Рубен Джефсон, второй адвокат защиты: Если присяжный едва знает, что такое соцсети, и никогда не состоял в них, он потеряется во время многих показаний. Было бы несправедливо по отношению к нему или другим присяжным заседателям, если бы он заседал по делу, в котором говорят на непонятном языке.

СУДЬЯ: Адвокат, мы здесь не судим социальные сети. То, чем мы занимаемся, имеет непосредственное отношение к основным вопросам инкриминируемого преступления. Вы не предъявили ничего, свидетельствующего о том, что присяжный номер двадцать два может быть предвзят по отношению к обвиняемому. Указанная вами причина отклоняется.

Рубен Джефсон, второй адвокат защиты: В результате нам пришлось использовать еще одно безапелляционное возражение. Перевес был на стороне обвинения.