Здравствуй, старая деревня!!! Не ждали? Скучно?! А вот и нет: летающие привидения - набивающиеся в главные подруги; русалки - развлекающие незадачливого милиционера, и то происшествие с вырванным у деда Никиты коренным зубом, в ходе которого был разгромлен весь подпол, покалечен дом и чуть не пришлось вызывать реанимацию! Интересно? А если вспомнить пастуха, которого на столько зверски искусали пчелы, что он еще долго не то, что пасти, а и просто сесть не мог. А сама главная героиня - Анчутка, участвовавшая во всех перепитиях произведения, с юмором и изрядной долей алкоголя воспринимающая окружающий ее мир, всегда и всем готовая помочь, а если надо, то и излечить, зачастую явно против всякой воли пациента.... Да что там говорить, это уже не та скучная и серая деревня, в в которой мы выросли, а новая, юморная, уютная и донельзя близкая сердцу каждого. Так вперед! Кто сказал, что неразрешимых задач нет?! Найдем!!!.... И как-нибудь решим! Ну, и конечно есть здесь и любовь, а куда без...
Дверь сарая, принадлежавшая младшим Шабалкиным, тихонько заскрипела и из нее выбежала вся встрепанная курица, наконец-то вырвавшая из лап первого на деревне, озабоченного своим превосходством, красавца-петуха.
Отбежав на безопасное расстояние, тяжело переваливаясь с ноги на ногу, она то и дело оглядывалась, спотыкаясь растопыренными лапами об лежавшую на земле посуду. Постоянно пугаясь, а иногда и кувыркаясь в деревянных корытцах, эта вырвавшая на волю диверсантка, настойчиво продолжала преодолевать свой сложный путь к выходу, иногда все же искоса посматривая на злополучный сарай, тем самым отметая неожиданное преследование недоброжелателя.
Добежав до изгороди, где находилась спасительная дыра, она, наконец-то, почувствовала себя в безопасности. И молча, как нашкодивший школьник, опустив голову, виновато заковыляла прочь, горько сожалея от сорванной ночной операции.
Спустя некоторое время, из проема той же двери, появилась голова того самого петуха, который, потряхивая своей смешной бородой, мгновенно окинул двор своим незамысловатым взглядом. Осмотрев все вокруг сначала левым глазом, а затем правым, петух смело вышел из сарая. Солидно встряхнув своими молодецкими перьями, он тут же нахохлился, стараясь приподнять высоко свою грудь к подбородку, успевая лениво почесывать за крыльями то одной, то другой ногой. И только после этого, успевая по пути смочив свое горло водой, важно, как ни в чем не бывало, зашагал на свою каждодневную работу - утренний распев, чтобы вовремя оповестить своих хозяев о своих повседневных обязанностях, сам-то он их справлял регулярно.
Вышагивая по протоптанной тропинке, как солдат на параде, он инстинктивно вытягивал вперед каждую из лап, потом резко останавливался и немного примерившись с высотой забора не раздумывая, взлетел на него. Осмотревшись, хозяин куриного гарема равнодушно проводил своим косым взглядом соседскую курицу, которая уже в это время перешла дорогу и нехотя приближалась к калитке своего местообитания. Петух без всякого сожаления отвел глаза от не привлекавшего, но видимо очень даже знакомого объекта. И гордо расправив огромные крылья, предварительно изобразив их мощный размах, как бы готовя себя к взлету. Но вспомнив пословицу, которую ежедневно ему твердил его хозяин, что "курица все же не птица...", он опять не рискнул инстинкту полета, а аккуратно сложил свои опахала назад, как всегда не осуществив свою заветную мечту, и от безысходности, а может и от радости, что есть мочи заголосил, тем самым приветствуя новый восход солнца.
И тут, как после удара в колокол, сигнал которого мощно вибрировал в утреннем воздухе, все соседские петухи спешили взлетать на свои изгороди, чтобы поддержать своим распевом вожака деревни Завидово. Налету подхватывая отрывистое пение, ранние пташки ничем не хотели уступать соседу, стараясь, как можно громче и дольше выкрикивать свои незамысловатые песни, тем самым ваказывая своему сопернику свое превосходство.
Терпеливо соблюдая свою очередность, этот голосистый хор продолжался до тех пор, пока солнышко полностью не появлялось из-за горизонта. Весело освещая каждый двор и проникая в каждую щель старых стен, давно рассохшихся от старости деревенских домов, оно никогда не забывало согревать своих утренних глашатых, нежно поглаживая их своими теплыми лучами.
Только вот соседский петух всегда запаздывал на распевку, так как был очень занят встрепкой заявлявшейся утром своей курицей. Пока другие петухи уже давно были заняты делом, тот же неистово выдирал у непокорного создания, оставшийся на ее шее пух, тем самым напоминая о соблюдении чести своего хозяина, и искоренению дурной похоти, позорившей не только его старческие перья, но и старательно уничтожая в нем, хоть и плохонького, но для своего курятника - вожака. Но крика боли от очередных побоев никогда не были слышны, а вот маленькие перышки, подхватываемые ветром, разлетались по всей деревне, наводя всех на мысль, что не все ладно в этом дворе.
Довольный собой и с чувством выполненного мужского долга, старый, исхудавший от прожитых лет петух, запоздало взлетал на покосившую изгородь, старательно координируя свою устойчивость крыльями. И словно раскачиваемый ветром из стороны в сторону, он впопыхах, охрипшим голосом, все же успевал ставить невпопад свою заключительную точку, в этой многоголосице. Что заметно портило общий фон молодых запевал. Но природа требовала и он старался как мог.
Утром летнее солнце в деревне светило так, что в каждой избе, в каждой постройке от старых зеркал начинали бегать по стенам солнечные зайчики. Это было, после петушиных песен, вторым звонком для Марфы Шабалкиной, которая должна была подниматься, чтобы успеть управиться со своим небольшим хозяйством.
А вот ее муж, дед Федот, все еще спал на своей роскошной перине, которую его жена сделала для русской печки, так как тот уже давно страдал радикулитом.
