О любимая, не над тобой ли рыдают дожди?Сколь беда изменила тебя, — о, вокруг погляди!В сердце страсть возродилась — лишь вспомнил былые года:Люди радостью это безумство зовут иногда,Мы не виделись год, — он прошел одиноко и зря,Не лежат между нами пустыни, не плещут моря;Не поддавшись наветам, противясь печальной судьбе,Только память одну укротить я не в силах в себе.Тайна мучит меня, — я нимало ее не таю,Но, увы, сторожат неусыпно темницу мою.Беспощадная память, — бороться достанет ли сил?О, какие глубокие корни недуг мой пустил!Далеко до любимой, никак до нее не дойти,А до смерти — совсем неприметный остаток пути.Образ милой далек, и густеет в сознании мгла,О нешуточна страсть, но как шутка жестока и зла!Так недолго любимую видел я, — в сердце моемОтпечатался образ — и мучусь я с сердцем вдвоем.Если скажут: «Влюбленный страдает», — отвечу тогда:«Велика ли отрада, доставшаяся без труда?»Если б не был рассудок вину драгоценному рад,Для чего бы растить и в давильню свозить виноград?О надежда пустая! Дождусь ли, свиданье, тебя?Нет, что было — ушло; остается терзаться, любя.Я обласкан, но я же ограблен жестокой рукой —О, какою судьба награждает великой тоской!О ночное светило, как часто сияло мне ты,Ты не шло на ущерб, ты росло от ночной темноты!А к исходу объятий — истома бывала легка,Прикасание уст — как живая вода родника.Но Захра упрекает меня: «Все стенанья к чему?Только боль они сердцу чинят, и растраву — уму.Для чего ты страдаешь, свой разум вконец иссуша,Неужели к богатству твоя равнодушна душа?»Я ответил ей с грустью: «Ты мысли мирские гони:Неужели не знаешь, сколь горьки наставшие дни!»* * *
