Андеграунд полностью

Тем смотрел ей в спину. Он больше напоминал сжатую пружину, готовый ринуться ей на помощь в любую секунду.

Девочка моя… меня убивает сам факт, что я не могу сейчас стоять с тобой бок о бок, помочь хотя бы немного. Сильная. Очень сильная. Невероятно. И столь родная, нежная, ранимая.

— Мы не умрем, — он уверен в этом.

— Да, — я тоже не сомневаюсь. Зная свою…кхм…чикулю (это слово определенно вызывает во мне улыбку, все-таки такая ирония)… Вита знает что делает. У меня не было повода не доверять ей.

Я почувствовал ее в своем сознании и транслировал то, что как мне казалось, сейчас было самым важным в этом мире.

Я люблю тебя!

Огромный огненный шар замер, удерживаемый точно воздушной подушкой. Витторина держала его на расстоянии. Он гневно прокручивался, будто разъярённый хищник, стараясь достичь своей жертвы. Но в тоже время что-то неуловимо менялось.

— Она преобразовывает его, — догадка стрелой пронзила сознание. Учеба, учеба…такому обучали, но на столь ничтожных формах. До сих пор это было почти невозможным. Но видя, как моя девочка, планомерно подгоняет атаку противника под тот вид, какой ей нужен, пробирает озноб.

Мы не контролируем Марен. Никак. Этот факт нужно признать, как данность, с этим ничего поделать нельзя. Мы лишь стараемся утвердить миф, что ими можно управлять, но это не так. Совсем. Но мы умрем, а им еще жить после нас. А Тем напрягся. Что ж, не удивительно.

Неожиданно атака провернулась в ладони девушки, уменьшаясь в размерах и приобретая форму шара с огромными хвостами-лопастями, которые вращались против часовой стрелки, закручиваясь по спирали. Алые крылья дрогнули, а пальцы плотно схватили атаку, подтверждая, что трансформация завершена. Мощный рывок и девушка взмыла в воздух для того, чтобы уже в следующую секунду обрушить атаку на противника, возвращая им их же «подарочек».

Телепортация по команде прошла быстро. Витторина в неясном хлопке появилась в нескольких метрах над землей. Ее легко перехватил оборотень, готовый к подобным обстоятельствам. Тело Смерти выглядело страшно. Руки обуглились как от сильнейших ожогов и даже изуродовали часть лица. Девушка тяжело дышала и, казалось, бредила. Крылья расправились, трепеща перышками, а затем сложились, прячась от посторонних глаз.

— Тем, давай ее сюда, — Казимир Мирославович взял инициативу в свои руки, оказывая профессиональную медицинскую помощь.

— Третий, генераторы подтащили? — Мстислав обернулся к подскочившему Сергею.

— Да, подключили. Алексей и Рома проверяют контакт.

— Мага, выстави оцепление. О любых происшествиях докладывать. Людей сменять каждые два часа.

— Понял, — мужчина кивнул.

— Тем, Виту срочно отнеси к Владу. Ей нужно в криокамеру.

Оборотень кивнул, бережно забирая девушку на руки.

Вот ведь чикуля неугомонная. Дорвалась, называется. Хотела на передовую. Вот ей-богу, лучше б ты иногда мечтала о кэблах.

— Тем… — она с трудом разлепила губы. — Ты как всегда несносный обормотень.

— Ты как? — стараясь не выдать своего волнения, спросил он.

— Беркутов официально заявляю…ты плохо скрываешь свои мысли, — уголки губ поползли вверх. Красивое лицо слева уродовал пузырящийся ожог.

— Но малыш Франкенштейн тем не менее не ответила.

— Больно… — фиалковые глаза погасли, отяжелевшие веки сомкнулись.

В любой непонятной ситуации — засыпай. Просто засыпай, будто ничего в этом мире нет.

— Мне нравится ход твоих мыслей. Для полного счастья, выучи песню группы «Trumen».

— Какую-то конкретную?

— Кофе.

— Серьезно?! Нет, вот ты сейчас серьезно? — он рассмеялся. — Ей там чуть голову не оторвали, а она о кофе думает.

— Спасибо…

Он чувствовал, что она благодарит его за нечто большее, чем готова была озвучить.