А Мстислав все чаще возвращался мыслями к поступлению Витторины, вспоминая свои эмоции и впечатления, что говорили другие и понимая, что он может дать и возможно ли обучение Смерти в Академии Лемур. Тогда он был в меньшинстве со своим решением и спасал лишь тот факт, что спорить все равно никто бы не рискнул. Как показало время, Шархан ни разу не пожалел о своем решении.
Тренировка подходила к концу. Построившись, абитуриенты и отряд «Дневной Стражи» ждали дальнейших указаний.
— Везет этой курве, — зло сквозь зубы бросил кто-то в отряде. — Все пропустила.
Я проигнорировал. В конце концов, Анатолий с Витториной отпросились заранее на мероприятие. Кстати, слышу рев двигателя. Ша, не рев, так урчание.
Я обернулся вместе со всеми вглядываясь вдаль. Бок-о-бок неспешно, соблюдая скоростной режим, ехало два мотоцикла. «Хонду» Виты я узнал сразу же — как минимум из-за цвета, как максимум из-за второго пассажира, Анечки. Насколько мне было известно Анюта не гоняла даже со своим любимым и ненаглядным Анатолием вторым номером, объясняя это тем, что ей страшно.
Заглушив двигатель и встав на подножку, люди наконец-то слезли с байков. Анюта скинула шлем и бойко спрыгнула на землю. Я отметил на ней мотоциклетную куртку Витторины. Подскочив к Толику, девушка радостно что-то сказала, и они, держась за руки подошли к нам ближе.
— Извините, чуть припозднились. По пути собрали все пробки, — улыбнулась Анечка. От нее всегда веяло нескончаемым позитивом, как маленькое рыжее солнышко, дарившее постоянно тепло и свет.
Третий мотоциклист медлил и честно, я в ней не сразу признал объект своей любви. Сняв шлем, Вита быстрым движением поправила прическу и подошла ближе, заставив всех обомлеть. На ней красовалась короткая плиссированная черная юбка с мини-шортиками, как это принято у теннисисток. Сверху же приталенный кожаный жилет с надписью на спине «Живу, как хочу». Хм, сильно. На ногах высокие ботильоны на танкетке. И в этот раз она сделала макияж: смоки-айс и «воронье гнездо» на голове, как это принято у рок-н-рольщиков. Все были в шоке, уставившись на девушку в невыразимом потрясении.
Я впервые за все время испытал сильное возбуждение, глядя на эту хрупкую фигуру с длинными оголенными ногами. Сегодня как никогда Вита вызывала желание и явно не поболтать. И это желание, увы, возникло не только у меня. Смерив строгим взглядом отряды, я с улыбкой отметил, как все испуганно втянули головы. Правильно, нечего рот разевать. Она моя девочка.
— Бухала небось всю ночь. Теперь даже подтянуться не сможет, — неодобрительно фыркнул кто-то из «Дневной Стражи».
