— УРА! — оба брата рванули наутек, по дороге споря кто же все-таки сядет на переднее сидение в машине.
«Как маленькие», — Шархан все-таки закатил глаза и передал жене белый пиджак.
— Возвращайтесь скорее, мы пока с Аннет накроем на стол.
Она кивнула и тихонько поцеловала его в щеку.
— Черт!
Планшет пролетел через всю комнату и пал смертью храбрых, разбившись о стену.
— Мстислав, я… — вошедшая Витторина в шоке застыла, наблюдая полный хаос и разгром в комнате. Единственным целым предметом интерьера остался дубовый стол. Мужчина устало вздохнул и едва заметно махнув рукой, заставил Импульсом восстановиться порядок в комнате.
— Что случилось? — мягко спросил он, опираясь кулаками о стол.
— Ммм, — девушка испуганно огляделась. От бардака уже не было и намека, все стояло целое и на своих местах. Вита мотнула головой и негромко уточнила:
— Все в порядке?
— В полном, — насмешливо отозвался ее муж, глядя на нее золотистыми глазами, без труда устанавливая Катарсис.
— Я серьезно, — женщина нахмурилась.
— Я тоже, — обогнув стол, Мстислав приблизился к жене, привлекая ее в свои объятия. Слегка задев ладонью плечо женщины, Шархан отметил, как по ее телу пробежала дрожь.
— Мстислав, — глаза вспыхнули фиалковых цветом, а в голосе прозвучала паника.
— Все в порядке, — заверил он, целуя ее. За столько лет чувства не угасли, напротив, мужчина продолжал узнавать свою жену, поражаясь и восхищаясь. Ему нравилось видеть ее счастливой.
— Ты знаешь, как много ты для меня значишь?! — его губы дрогнули в кривоватой усмешке, которую так любила Витторина. Выражение ее лица смягчилось.
— Я могу помочь?
Он тихо рассмеялся, покачав головой.
— Не думаю, что это хорошая идея.
— Почему? — ее бровки вновь сошлись на переносице.
— Потому что когда ты злишься, становишься хуже гранаты — в радиусе двухсот метров могут прилететь предметы.
— Мстислав, я серьезно.
— Я тоже, — улыбался он. — Не переживай, я со всем разберусь.
— Давай помогу?
— Не стоит, лаборатория мне еще нужна, да и страны ЕС пока не понимают, что натворили.
— Нам опять ставят условия?
— Впрочем, как всегда, — он пожал плечами. — Не первый и не последний раз. Нас пытаются сломать, беря количеством.
— Давай устрою им, — предложила женщина, слегка прикусывая нижнюю губу.
— По принципу, живи так чтобы депрессия была у других? Ты ж моя активная, девочка моя.
Его красота до сих пор сводила Витторину с ума. Проникновенный взгляд черных глаз, иногда становившихся золотистыми. Четкие скулы, мягкий изгиб губ, гладкая мраморная кожа, темные волосы. Прикосновения заставляли тело оживать. Его губы коснулись впадинки под ухом и Витторина запрокинула голову назад, обнажая горло. Она почувствовала, как муж улыбнулся, продолжая целовать.
— Я люблю тебя, — просто произнесла она.
— Я тебя люблю, — Мстислав встретил ее мягкий взгляд. — До сих пор помню, как ты говорила, что сердце твое заперто и двери не откроются.
— Когда тебя подобная чушь останавливала?! — она искренне рассмеялась. — Где дверь закрыта, ты либо выламываешь, либо альтернативный вход через окно.
— Скажи еще, что тебе не понравилось, — он хитро подмигнул. На безупречных губах играла легкая задумчивая улыбка.
— Я самая счастливая, — ей ужасно хотелось его объятий, уткнуться носом в шею, запустить пальцы в волосы на затылке, этого всегда было мало. Самый сексуальный мужчина, ее мужчина, который готов решить любую ее проблему, без шумихи и понта. Он пришел в ее жизнь заставив увидеть солнце там, где раньше была беспроглядная тьма, небо затянутое грозовыми тучами. Он верил в нее, верил с самого начала, любил вопреки всему. И Вита понимала как никогда, что любящий человек, это тот, спустится за тобой в Ад и свой Ад они уже прошли. Мстислав пришел в ее жизнь, чтобы научить быть счастливой, любимой, хрупкой и нежной… Она заглянула в его черные глаза и тихо попросила:
— Люби меня. И позволяй любить тебя.
Он целовал ее, зная каждый шрам в душе своей родной любимой девочки, зная сколько она нуждалась в нем, а его, в силу обстоятельств не было рядом. И каждый день он пытался излечить, искоренить всю боль, прикоснувшись к душе и был в ответе за это.
Дорога за окном пролетала стремительно и Витторина лишь мысленно вздыхала, вспоминая свой любимый «Оникс». У нее не поднялась рука избавиться от этой машины. В конце концов это был подарок от двух важных для нее мужчин. Остальной автомобильный парк они распродали, включая «Шудатти», выручив на этом неплохие деньги. В других странах с охотой покупали вещи, принадлежащие столь известным людям, надеясь когда-нибудь узнать секрет и активировать технику, не понимая, что Импульс блокировал любую возможность активировать и использовать предмет по назначению.
— Мам, а вы ведь с папой застали то время, когда о вампирах и оборотнях еще никто ничего не знал? — подал голос Глеб. Братья сидели позади, решив переднее место оставить однокласснице, в которую Матвей был влюблен.
— Да, было такое время.
— И как жилось? — Матвей удивленно подался вперед.
