Андеграунд полностью

Эвакуация? Вероятно, просто вывозила людей в то время, как основной отряд отвлекал внимание. Поверить, что она способна на что-то более серьезное!?.. Мстислав говорил, что она смогла выступить против Всадников Апокалипсиса. В это не верится. Должно быть логичное объяснение. Надеюсь хоть на права водительские она сама сдала, а не купила.

— Чем ты занимаешься по жизни? — спросила Витторина ради поддержания разговора.

— Как ни странно, живу. Есть небольшой бизнес, а так помогаю вожаку стаи в деревне.

— Большая стая?

— Двадцать особей. Приедем, я тебя со всеми познакомлю.

— Когда тренировка?

— Через день в семь утра.

— Почему через день?

— Потому что группы меняются. Пока одни на обходе, вторые тренируются и помогают непосредственно в деревне. Я тебя с основной группой не выпущу. Будешь тренироваться с Дэном. Он уделает тебя в драке.

— Я не воюю с детьми, — холодно отозвалась она.

Неужели боится, что тот ее покалечит? Либо бережет свою симпатичную внешность. Кстати, вынужден признать, что она симпатичная, но слишком нежненькая, не кровь с молоком. Ее заломает даже ребенок.

Вита метнула яростный взгляд на Рустема порываясь опровергнуть это, но передумала. Оборотень не хотел воспринимать новую информацию и в данном случае он был не виноват. Из-за сложившегося внешнего образа и полученного в прошлом опыта, оборотень ошибочно навешивал ярлыки, чем собственно грешила и сама Витторина, как в отношении себя, так и в отношении других давая неправильную оценку личности. Любое сказанное слово искажалось. Упорствовать сейчас нет смысла. Заметив небольшую подушку, Соколова легла, продолжая плотно кутаться в одеяло стараясь не трястись и не отстукивать зубами чечетку от холода. Денис обернулся к девушке и миролюбиво уточнил:

— Будешь кофе?

— А есть? — она удивленно подняла брови.

— Да, горячий, — пацан достал из сумки термос. — Специально для тебя подготовил.

— Спасибо, — она мило улыбнулась.

— Скажи…а есть наработки на новый альбом?

— Да, есть. Мы хотели создать нечто новое, сильное, то, что трогало бы струны души, — поделилась девушка. — Впрочем все на высоте, как всегда.

— Народ-то ходит на ваши концерты? — без иронии спросил Рустем.

— Да, некоторые ходят, — она стойко выдержала его долгий взгляд, злорадно представив, как отреагирует блохастик, когда узнает, что на концерт «Феникса» как-то пришло больше полутора миллионов людей и нелюдей.

Денис усмехнулся, подумав примерно о том же, о чем и Витторина, и предложил перекусить.

— Нет, спасибо.

— Не нравится?! — парень с удивлением осмотрел аппетитный на вид бутерброд.

— Нет, что ты, просто я очень замерзла, — поспешно исправилась она, чувствуя, как немеет тело.

Рустем включил печку, что-то буркнув о сплошных проблемах с женщинами.

— Ну извини, я не хотела быть обузой. Если бы был выбор, я осталась в Академии, — спокойно отозвалась она, чем несколько смутила оборотня.

— Извини, я уже забыл, как обращаться с девушками твоего типа.

Какие девушки?! Бизнес, работа, тяжелый физический труд, дела стаи… Не до девушек. Да и черт с ними, одни проблемы.

— Моего типа?! — переспросила Витторина, отпивая кофе, согреваясь изнутри.

— Хрупкие, городские, — пояснил мужчина, ведя машину по еле уловимой дороге, заметенной снегом, постаравшись выразиться потактичнее.

— А, ну да, забываю, — она пожала плечами, запоздало понимая, что проболталась и ругая себя за проявление непрофессионализма, будто не она руководила Ночной Стражей. Но оборотень по всей видимости не обратил на это внимания.

От работающей печки стало значительно теплее, но Витторина продолжала замерзать. Она предполагала — это последствия ее близости к Пределу. Пока все молчали, девушка попробовала нащупать сознание Мстислава, но оно оказалось наглухо закрыто. Намертво, будто обрубили. Соколова нахмурилась — ей это не нравилось, но выбора нет. Был четкий приказ и она должна его выполнить.

Машина затормозила около небольшого лесного домика.

— Приехали, — сообщил Рустем и первый вышел на улицу.

«В футболке. Просто, блин, в футболке. И ведь даже не вздрогнет от холода, зараза блохастая», — отметила Витторина, оставляя одеяло в салоне, рядом с подушкой.