Николай, подобно шхуне, покачивающейся на волнах, то выплывал на поверхность, готовый проснуться, то вновь падал в бездну крепкого сна. И только ближе к вечеру смог, наконец, разлепить глаза.
Выпитая накануне бутылка давала о себе знать сухостью во рту и вновь накатившей головной болью. Кувшин с водой находился почти под рукой, и он нехотя встал, чтобы опрокинуть в себя практически все его содержимое. Остатками умыл лицо, стараясь хоть как-то освежиться и прогнать похмелье. Вчерашние события всплыли внезапно, и тошнота вновь подкатила к горлу. То, что он сделал с грабителями вчера ни шло ни в какое сравнение с тем, что учинил в лагере разбойников, когда спасал Эдель. Тогда он хоть как-то, но контролировал свое тело, а вчера… Вчера все вышло иначе. Гворр завладел им целиком, и если бы не Аргент, сложно представить, что могло бы случиться.
Почему вообще он превратился в эту дрянь? Вроде как и ненависти особенной в нем не было, ни ярости, ни ревности. Неужели то, что он перестал быть волшебником, оказало такое влияние на его черную сторону? А ведь и правда… Николай вскочил с кровати и подошел к окну, задумчиво потирая шрам на щеке. Раньше наличие в нем магии могло как-то сдерживать монстра, и тот появлялся в самые критические моменты. А сейчас, получается, любой выброс адреналина мог заново пробудить в нем гворра? Тогда понятно, почему единорог смог остановить его. Выстрелил из рога волшебством и загнал тварь обратно.
— Час от часу не легче, — сам с собой заговорил юноша. — Сначала я потерял волшебную силу, а теперь мне даже драться нельзя, если не хочу войти в историю уничтожителем населения Анделора. Вот что! — он мотнул головой. — Мне необходимо добраться до кристалла, тогда при помощи его волшебства я смогу сдерживать гворра.
Он тронул занавеску и тут заметил нечто такое, что заставило его в изумлении застыть на месте. На его запястье, в лучах дневной звезды, вместо кожи переливалась темная чешуя гворра.
Похоже, неприятности в новом мире и не думали заканчиваться, напротив, они только начинались. Коля дотронулся до руки, чтобы убедиться — чешуя не плод его похмельного воображения.
К сожалению, она оказалась самой настоящей. Грубой и твердой, словно кусочек брони. Он брезгливо поморщился и принялся оттирать ее полупрозрачной занавеской. От усердных действий кожа вокруг болезненно покраснела. Не принесло никакого результата и царапанье ногтем. Тогда Коля решил испытать более серьезный метод. Поднес к руке лезвие меча и постарался сковырнуть странный нарост. Но тот не поддавался. Он пытался и так, и эдак, остервенело пиля шкуру гворра. А когда чешуя, наконец сдалась натиску и из пореза полилась алая кровь, несчастный взвыл от боли, бросив меч и схватившись за руку. Похоже, эта штука не просто приросла к нему, а его собственная кожа странным образом трансформировалась!
— Прекрасно! Ко всему прочему, мне еще не хватало только в гворра превратиться. Окончательно и бесповоротно!
Наспех одевшись и кое-как обмотав запястье полотенцем, он поспешил вниз, чтобы поговорить с Аргентом. Больше ему обратиться за помощью здесь не к кому.
— Аргент! — Коля влетел в конюшню, выискивая глазами друга. — Аргент!
'Здесь я, — единорог лениво разлегся в самом большом стойле и пожевывал сено. — Хорошо спалось?'
— Не очень. Вот, смотри! — он размотал полотенце и сунул руку под нос Аргенту.
'Пытался покончить жизнь самоубийством? Не очень разумный шаг, скажу я тебе. Даже со мной не посоветовался'.
— Мне не до шуток! — раздраженно бросил Николай. — Смотри! Это шкура гворра!
'Вижу', - единорог продолжал невозмутимо жевать сено.
— Гворра! Не человека!
'Ну что ты всполошился, по крайней мере, у тебя появилось неуязвимое место на руке. Ну, почти неуязвимое'.
— А если эта штука будет разрастаться? Я не знаю, сколько у меня времени, прежде чем потеряю себя и окончательно превращусь в чудовище!
'Полагаю, ты что-то хочешь предложить?'
— Я… Я хотел с тобой посоветоваться. Мне необходимо найти небесный кристалл. Если человек с его помощью может стать волшебником, значит, я, по крайней мере, смогу сохранить человеческий облик.
'Мы знаем, где находится первый камень, — Аргент, наконец, перестал поддевать друга. — У Ратхарга-Яракала. Но с ним я бы не связывался, по крайней мере, сейчас'.
— Согласен. — Никто не горел желанием вступать в схватку с легендарным разбойником и убийцей.
'Тогда нам нужно узнать, где находятся остальные два'.
— Проклятье! — Николай принялся мерить шагами конюшню. — Ну почему, оказавшись в прошлом, мы совершенно ничего о нем не знаем? Куда идти? К кому обращаться? Кто может указать нам местоположение других кристаллов?
'Предположу, что какой-нибудь волшебник… пророк'.
— Ага, и они тут на каждом шагу встречаются… — вдруг Коля запнулся, подавившись словом, и со злости пнул ногой кучу сена, откуда единорог выдергивал травинки. — Идиот, какой же я идиот!
'Тоже мне, новость, — саркастически хрюкнул Аргент. — И нечего мой обед трогать!'
