Аргент прилег у входа, а молодой человек так и остался стоять, с любопытством осматриваясь. Не каждый день встретишь постройку из ковров. Несмотря на видимую хрупкость дома, внутри гости могли чувствовать себя в абсолютной безопасности. Мягкие пестрые стены дарили уют и тепло, отделяли от внешнего и не слишком дружелюбного мира. Повсюду к коврам были прикреплены рисунки с различными пейзажами, городами, диковинными животными. Впрочем, внимательнее рассмотреть картинки Коля не смог — мерцающего света, исходящего от нескольких свеч, явно не хватало. Но тут его взгляд остановился на стопке книг, стоящей прямо на полу, и внутри все оборвалось. Сверху, в переплете из кожи бордового цвета, лежала новехонькая тетрадь. Та самая, которую он держал совсем недавно, на поляне Оласар, и читал записанное туда пророчество. Не в силах сдержаться, Николай взял ее в руки. Открыл и полистал плотные страницы. Конечно же, внутри ничего не оказалось. Девственно-чистые листы сияли белизной, словно насмехаясь: будущее еще не предсказано и не записано. Каким сделаешь его ты?
— Подарок учеников, — пояснил Адамар, выходя из кухни с подносом, где стояли миски с дымящейся похлебкой. — На память о столичной жизни. Еще не решил, что сюда буду записывать.
— Пророчества, — прошептал Николай. — Вы будете записывать сюда видения будущего, которые в скором времени откроются вам.
— Что вы сказали? — от удивления маг чуть не опрокинул ужин на пол.
— Видите ли… — Произнести пафосную и громкую фразу 'я пришел из будущего' язык почему-то не повернулся, потому пришлось ее переиначить. — Я уже видел эту тетрадь и читал сделанные в ней записи. В будущем.
— В будущем? Неудачная шутка, юноша. — Посуровел Адамар.
— А я и не думал шутить. Вы — единственный, кто мне может помочь, потому что вас будут помнить как величайшего волшебника и прорицателя всех времен, основателя самого знаменитого города ученых — Карпуса. Поэтому я здесь.
— Вы лжете! — маг грохнул подносом на стол, отчего похлебка пролилась на грубую скатерть. — Я знаю свое будущее, и оно совершенно не похоже на то, что предсказываете мне вы! Правда… — он вдруг нахмурился и опустился на стоящий рядом пуфик. — Недавно я видел очень странный сон, но так и не понял его сути до конца.
— О чем вы? Какой сон? — Коля подался вперед.
— Вы говорите про будущее, но я всегда знал, каким оно будет. Его попросту не существует. Не перебивайте меня, если хотите узнать, к чему я веду. Все дело в камнях. Тех самых, что упали на нашу бренную землю с небес. Я вижу кровавую битву, вижу, как одни владельцы кристаллов сменяют других. Вскоре не станет для людей иной цели, кроме как всеми способами заполучить кристаллы, подчинить себе всех и вся. Это хуже чумы, хуже самого страшного недуга, который может поразить человечество. Зависть, злость, предательство — вот, что нас ждет впереди. И не закончится этот кошмар, пока жив хоть один человек. Потому я и не верю в ваши россказни о светлом грядущем. Наш путь закончится в страшных мучениях, и нет в нем просвета. По крайней мере, не видел до недавних пор.
— И что же случилось?
— Конец времен заволок туман, что значит только одно — у нас появилась надежда на выживание. Но, простите, Кайл, не думаю, что эта надежда — вы.
— Я уже как-то сроднился с бременем спасителя человечества, — хмыкнул Николай, — так что не вижу в вашем сне ничего удивительного.
— Спаситель человечества? — Адамар удивленно уставился на гостя.
— Разрешите теперь мне рассказать вам, как я здесь оказался, и тогда уж вам решать, правда это или нет.
Несколько часов спустя, все еще находясь под впечатлением от услышанного, великий волшебник уселся за стол, открыл тетрадь из бордовой кожи, и сделал в ней свою первую запись.
'Сегодня моя судьба круто изменилась. Всю свою жизнь я спал, а сегодня, наконец, проснулся. Всю свою жизнь я был слепцом, а сегодня, наконец, прозрел. Странный гость открыл мне правду, такую, что лежит за гранью понимания, и мне понадобится еще много времени, чтобы осознать все, что он мне поведал. А все то, что я никогда не пойму, останется на страницах моей книги Пророчеств. Так сказал ОН.
Я всегда подозревал, что существует возможность путешествия во времени, но никогда бы не предположил, что существуют путешествия между мирами. Да-да, наш Анделор — лишь мельчайшая песчинка в бездне вселенной, в круговерти мироздания. Земля — так называется тот, где вырос юноша, что явился ко мне сегодня. В его рассказ мне трудно поверить, но говорил он так убедительно, что у меня не осталось другого выхода, кроме как внять его словам. Вероятно тот, кто будет читать эти строки, сочтет меня сумасшедшим, но оно и верно. Видимо, разум мой теряет былую ясность, раз верит в подобный абсурд.
