— Будь я на их месте, так бы и сделал. Но, возможно, они мыслят иными критериями или же просто не могут этого сделать.
— И почему
— Не совсем так.
— Что не так?
— За тысячелетия мы породнились со многими родами, включая королевский род Ирвентов.
— Так понимаю,
— Потому что до того момента, в ком текла наша кровь,
— «А что, если проклятие завязано на имя рода? Как в Поттериане, вроде бы главный злодей смог наложить чары на своё имя. Почему же на Грее до подобного не додумались?» — появилось у меня предположение.
Тем временем отец продолжал.
— И поначалу из-за этого-то с нами желали породниться все сильные мира сего.
— И долгоживущие расы?
— Блин, привязался ты к ним! — проворчал отец. — Нет, с ними мы не роднились. Все они чтут чистоту крови и мягко говоря презирают смешение кровей. Исключением являются одаренные «S» и «SSS» ранга. От союза с таким сильным родителем очень часто рождаются сильные дети.
— Ясно. Ладно, мы снова отклонились от темы. — Отец серьёзно посмотрел на меня. Я же в своё оправдание сказал. — Ну, а что ты хотел? Ты рассказываешь о вещах, о которых я никогда не слышал. Разумеется, мне всё интересно. — Я сделал паузу. — Мне понятно, что мы стали своего рода распространителями проклятия. И ещё мы были и есть приоритетная цель для
— Нет, Анд, — сказал Бастиан, а я уставился на него, ожидая продолжения. —
— Несправедливо выходит, — проворчал я и с надеждой в голосе спросил. — Это точно?
— Да.
Несколько минут я обдумывал сложившуюся ситуацию.
— Получается, ценой моей отсрочки будет чья-то жизнь, в ком течёт наша кровь?
— Да, — с явной неохотой ответил Бастиан.
— А дети? Дар пробуждается в тринадцать-четырнадцать лет. — вспомнил я о племянниках, детях Сэма.
— Не беспокойся. На детей нашего рода зов не действует пока не пробудится магическая искра.
— Хммм, а бывало, так, чтобы люди, в ком течёт наша кровь, рождались неодарёнными?
— Нет, — тут же ответил Бастиан. — И опережая твой следующий вопрос, наши предки пытались плодить бастардов.
— И что? — спросил я.
—
— А может проклятие завязано на имя?
— Такого не существует, — ответил Бастиан.
— Если мы такое слышали, это не зн…
— Андер, не спорю, ты уже показал, что умеешь мыслить здраво. Но не мни себя самым умным. Я, как и наши предки, проводил изыскания. Испробовали все известные ритуалы, обращались к
— Ясно.
Некоторое время мы просидели в тишине. После чего я также молча поднялся из-за стола и пошёл на выход. Мне нужно было всё обдумать.
— Я хочу, чтобы ты женился на Лилии!
Я обернулся.
— Почему она? И почему сейчас? — спросил я.
— Я так хочу.
— У неё ранг «D», у меня «E». Когда у нас появятся дети, они могут быть слабее меня и тогда… Отец, ты ведь несерьёзно? — появилась у меня догадка.
— Не знаю, что ты там себе выдумал, но я хочу увидеть внуков.
— Да? — не поверил я. — То есть ты не думал на счёт того, чтобы мои дети могут быть слабее меня?
— Нет, не думал. Но даже если так, то что? Примешь обет безбрачия? Кастрируешь себя? А? — взгляд Бастиана стал суровым. — Андер, тридцать лет — это не так уж и мало! Я поэтому не хотел тебе рассказывать о проклятии
— А почему рассказал?
— Твои братья и сестра настояли.
— Так они в курсе?
— Да.
— Обо всём? — Он кивнул. — Хорошо, я подумаю над женитьбой. Ну а пока я прошу тебя предоставить мне доступ в запретную секцию нашей библиотеки.
— Хочешь попробовать найти там ответы?
— Да.
— Хорошо. Завтра зайдёшь ко мне, и я впишу твою ауру в систему защитных чар. — Я хотел спросить, почему не сейчас, и кажется Бастиан предугадал мой вопрос. — А сейчас оставь меня. Мне нужно отдохнуть.
И произнесено это было таким тоном, что у меня не появилось ни малейшего желания препираться.
Когда я вышел из ванной комнаты, то никак не ожидал, что в комнате меня будет ждать Мишель. Он развалился на моей кровати и, увидев меня, глубоко вдохнул и с ехидной улыбкой посмотрел на меня.
Он глубоко вдохнул.
— Как странно. Я чувствую очень знакомый запах.