Андер и возвращение полностью

© Сергей Милютин, 2016

Из красного дневника:

«…Сейчас, когда вы читаете эти строки, Олли Андер мертв.

Предки в таких случаях говорили: «Он сам выбрал свою судьбу». Нам же стоит разобраться в причинах и сделать выводы из его истории, чтобы не прийти к такому же концу…»

Олик прижался спиной к стене. Камнепластик неприятно холодил лопатки, но отойти не представлялось возможным – над Оликом нависали два новых одноклассника, имена которых он еще не успел запомнить. Оба – на голову выше мальчика и настроенные явно недружелюбно.

– Только детей безработных нам тут не хватало, – прошипел один, – Ты чего в нашу школу приперся, нищеброд?

Олику тут же захотелось объяснить, что перешел он не по своей воле, а потому что их выселили из старого дома и им с папой пришлось переехать на квартиру дедушки с бабушкой. Но вместо этого он неожиданно для себя упрямо прошептал:

– Мой папа – не безработный! Он ученый, книжки по истории пишет!

– Он еще и издевается! – с наигранным возмущением бросил один дылда к другому.

– Да нет, – криво усмехнулся второй, – Он просто дурачок: не знает, что история – лженаука.

– Это вранье! – с храбростью отчаянья крикнул Олик.

– Чего? – всерьез разозлился второй одноклассник, – Да я тебе!

– Слон, отпусти его!

Олик с неясной еще надеждой судорожно повернул голову на голос. Там стоял невысокий парень из его нового класса с длинными черными волосами и нервным лицом. Он постукивал по полу большой суковатой палкой. Из-за плеча парня испуганно выглядывала нескладная рыжая девчонка с огромными глазами.

– Художник? – удивленно обернулся тот, кого назвали Слоном, – Опять лезешь не в свои дела?

– Пусти его, – с непонятным весельем в голосе повторил нервнолицый мальчишка, – Он – из моей команды.

– С каких это пор? – усомнился второй дылда.

– Да вот с этой минуты, – не задумываясь, ответил Художник, и уже обращаясь к Олику, – Пойдешь ко мне в команду?

– Пойду! – радостно крикнул Олик.

– Классная у тебя команда! – издевательски расхохотался Слон, – Дочь уборщицы и сын безработного!

– Это лучше, чем сын прихвостня ленсов, – немедленно парировал Художник.

– Ты это о чем? – не понял Слон.

– Твой отец работает в управе, а все, кто в управе – прихвотни ленсов, – отчеканил Художник.

– Чего? – скривился Слон, – А в носопырку?

Слон замахнулся огромным кулаком. И тут же у него под носом молниеносно просвистел толстый конец палки. Слон от неожиданности отпрянул, оступился, и упал на одно колено.

– Нет, Слон, я мародеров в вассалы не принимаю, – морально добил его Художник, убирая дубинку.

Олик узнал фразу из нового голофильма про древние времена. Ее говорил главный герой главному злодею перед тем, как презрительно помиловать.

– Да ладно, не связывайся с ним, – хмуро сказал Слону второй дылда, помогая встать, – Он – мало того, что псих, так еще его папаша сейчас Конгресс-холл рсписывает. С ним сам президент за ручку здоровается. На его сына полезешь – сам потом виноват окажешься.

Побежденные быстро ретировались.

Художник подошел к Олику и протянул руку.

– Спасибо, – искренне поблагодарил Олик.

– Не за что, – отмахнулся Художник, – Думаешь, я просто так про команду сказал? Говорят, ты в математике рубишь, а Капитану Вальми нужен в команде борт-инженер.

– Кто такой Капитан Вальми? – не понял Олик.

– Капитал Вальми – это я, – объяснил Художник и представился, – Фил Вальми, капитан «Большой рыбы». А это – Темис, пилот. Ты не смотри, что она – девчонка, на симуляторах гоняет, только пыль столбом!

– Артемида, – с застенчивой улыбкой представилась девочка.

– Очень приятно, – серьезно пожал ей руку Оливер, – А что это за игра, в которую вы играете?

– С чего ты взял, что это игра? – насупился Капитан Вальми, – Все по правде. Мы научимся управлять кораблем, захватим военный корабль ленсов, и улетим за Фронтир.

– А потом? – зачарованно спросил Оливер.

– А потом присоединимся к флоту Внеземелья под командованием Ариэля Брейвиса. С ленсовским крейсером он нас обязательно примет. Ты знаешь, кто такой Брейвис?

– Нет, – помотал головой Олик.

– Я тебе расскажу, – пообещал Фил, – Тебя как звать?

– Олик, – представился Олик, но сообразил, что звучит как-то не мужественно, и поправился, – Оливер. Оливер Андреев.

– Олик – не звучит, – задумчиво заметил Фил, – Будешь Олли, Олли Андер – борт-инженер «Большой рыбы».

– Олли Андер… – изумленно прошептал новый член команды десятилетних заговорщиков, смакуя свое новое имя.

Тридцать лет спустя.

Из красного дневника:

«В человеческом языке нет слова, обозначающего хорошее отношение к разумному существу, как к таковому. Есть «гуманность» от латинского «человек».