Вообще Андрея Николаевича всегда привлекала гражданская авиация. Он хотел упрощать людям жизнь. Хотел, чтобы далекие расстояния преодолевались гораздо быстрее, хотел, чтобы каждый мог почувствовать себя птицей и увидеть землю из окна самолета. А боевая авиация – это угроза для жизни. Туполев был человеком мира и хотел, чтобы его изобретения приносили только радость.
Многие утверждали, что многоместные пассажирские самолеты будут ненадежными. Но Туполев был уверен в собственных силах и никого не слушал. За основу он взял хорошо проверенные элементы самолета ТБ-3.
Чтобы сделать машину максимально удобной для пассажиров, Андрей Николаевич обратился с вопросами к железнодорожным работникам. Его волновала проблема укачивания, расположения сидений и прочие тонкости. Он заботился об оформлении салона, уделял большое внимание цветам, сам проверял, удобны ли кресла и санузел. Кабина пилота стала просторнее. В салоне появилась стюардесса.
На борту нового АНТ-14 «Пролетарий» с 36 пассажирскими местами побывать хотели многие.
Десять лет «Пролетарий» прослужил исправно. На нем над Москвой полетали 40 тысяч человек. Когда машина устарела, ее установили в парке Горького. Старик относился к этой машине с особой любовью. Изящная модель этого самолета несколько лет занимала почетное место на его рабочем столе.
Как-то Туполев пришел в парк поглядеть на своего труженика АНТ-14. «Летал, летал и вот состарился», – с грустью произнес он.
«Ну ничего-ничего, построим еще лучше…» – решил Андрей Николаевич, ведь в самые трудные времена он оставался большим оптимистом.
Еще один потрясающий самолет был создан опять с подачи Кольцова. Спецкор «Правды» предложил построить самолет «Максим Горький» в честь юбилея великого писателя, основоположника пролетарской литературы. По всей стране организовали сбор средств на этот самолет. Когда шесть миллионов рублей было набрано, объявили конкурс на лучший проект нового агитационного самолета.
В это время Андрей Туполев был перегружен делами. Но, несмотря на это, ведомый азартом и жаждой ярких побед, он не мог не принять участия в таком соревновании: «Не упустим шанс, горбом своим заработали мы право строить такой самолет», – решил Главный.
Кольцов требовал немало: на борту «Максима Горького» должны располагаться и типография, и радиостанция, и зал для лекций и выступлений, и место жительства самих агитаторов.
Туполев, понимая серьезность поставленной задачи, как всегда, погрузился в работу. Его заинтересовала и журналистика. Он наблюдал за работой линотипов и ротационных машин, изучал радиотехнику. Недовольный размерами техники, он требовал изменений. Тогда в конструкторском бюро говорили: «Большие проекты – большие трудности».
Когда основные вопросы были решены, Туполеву принесли папку с чертежами, напоминавшую стопку макулатуры. Старику это не понравилось. Руководитель настоял на том, чтобы проект будущего АНТ-20 оформили красиво, аккуратно и достойно, а по чертежам было видно, что над ними работали добросовестные и ответственные сотрудники. Все должно быть идеально!
Неудивительно, что проект Андрея Николаевича признали лучшим. Один только вид самолета АНТ-20 радовал глаз. Тернистый путь проб и ошибок прошли туполевцы, чтобы построить мощный «Максим Горький».
Даже такой сильный пилот, как Громов, осознал, что этой машиной управлять будет очень сложно. Пришлось устанавливать сервопривод – дистанционно управляемый электрический вспомогательный мотор. Такое решение нашел Туполев, поразив всех вокруг своей эрудированностью и начитанностью. Ведь авиаконструктор всегда одним из первых узнавал о новинках в авиации.
Неизвестность пугала всех, но не Туполева. Его предложение сначала не поддержали, ведь ни одна фирма не ставила сервоприводы. «Они не ставят, а мы поставим», – отвечал Андрей Николаевич, всегда смело шедший на риск. «Кто-то ведь должен начинать, други мои», – по-отечески говорил он.
Спустя время установка такого мотора стала обязательной на всех тяжелых самолетах в мире.
Только преодолели одну проблему, возникла другая. Как поднимать пассажиров в самолет? Туполев предложил в виде трапа откидывать часть нижней поверхности фюзеляжа. Опять послышались возмущенные голоса: «Но никто в мире так не делал!» Однако Туполев не побоялся стать первым, и в результате система оказалась очень удачной и используется по сей день.
Иногда, чтобы убедить работников, Андрей Николаевич прибегал к оригинальным методам. Например, рассказывал притчу из «Азбуки» Льва Толстого. Так он объяснял, как важен общий вид самолета, гармоничное сочетание его элементов.
Наконец, «Максим Горький» был готов. Увидев огромный АНТ-20, всегда талантливо и метко выражавшийся Кольцов сказал: «Задали вы мне загадку. Как описать этот колосс? Как рассказать о сгустке не просто металла, проводов, стекла, сервопривода, а о сгустке ума, таланта, дерзания и воли советского человека? Вы же открыли новую эпоху».
