Анджела в Советском Союзе полностью

Тема этой книги на первый взгляд проста — пребывание Анджелы Дэвис в Советском Союзе. Но это на первый взгляд. На самом деле небольшая книжка О. Чечеткиной — взволнованный рассказ об интернациональной дружбе, о мужестве, о верности делу марксизма-ленинизма, рассказ о нашей стране, второй родине коммунистов других стран.

Стоял солнечный день конца августа 1972 года. Хотя томительная трехмесячная жара, от которой задыхалась Москва, спала, воздух оставался неподвижным и, казалось, потрескивал от сухости. От бетонных плит аэродрома тянуло застоявшимся зноем, пахло маслом и бензином.

Но все это замечалось как бы мимоходом. Главным было настроение приподнятости, взволнованность, с которым в Шереметьеве ждали в тот день самолета из Нью-Йорка. Так готовятся к встрече с очень дорогим и долгожданным человеком.

На площадке, куда подруливал самолет, его ждали член Центрального Комитета КПСС, председатель Комитета советских женщин, первая женщина-космонавт Валентина Николаева-Терешкова, кандидат в члены ЦК КПСС секретарь МГК КПСС Р. Ф. Дементьева, член Центральной ревизионной комиссии КПСС, первый заместитель заведующего Международным отделом ЦК КПСС Е. И. Кусков, руководители Комитета молодежных организаций СССР, Советского комитета защиты мира, десятки москвичей — молодежь, дети. И повсюду цветы, цветы…

Фото- и киноаппараты, телевизионные камеры направлены на дверь подрулившего воздушного лайнера. Еще несколько минут — и дверь открывается.

На трап выходят трое, молодые, высокие, стройные, темнокожие. Все трое с пышной прической черных волос.

Чуть впереди девушка в темных брюках и светлом легком джемпере. Вышла, посмотрела на стоявших внизу людей и, высоко подняв руку, улыбнулась.

— Анджела! Анджела! — ликующе пронеслось над площадкой. Вверх поднялись руки, взлетели цветы. Щелкали аппараты, жужжали камеры.

Анджела Дэвис сделала первый шаг по советской земле. Вместе с ней с трапа сошли ее близкие друзья — член Центрального Комитета Коммунистической партии США Кендра Александер и член Национального совета Компартии США Франклин Александер.

Еще много дней, повсюду, где бы она ни появилась, Анджела будет слышать это ликующее «Анджела! Анджела!». Впереди две недели в Советском Союзе. Будут волнующие до слез встречи с молодежью и детьми, встречи, потрясающие высоким революционным духом, — с рабочими и хлопкоробами, будут дружеские откровенные разговоры с коллегами — учеными и студентами, вдумчивые, серьезные беседы с партийными и советскими руководителями. Все это еще впереди. А сейчас…

Анджела родилась в Бирмингаме, штат Алабама, в год, когда на полях Европы, на берегах Северной Африки, на Дальнем Востоке и островах Тихого океана кипела ожесточенная битва народов с полчищами гитлеровского фашизма и японского милитаризма. Среди тех, кто сражался за свободу и независимость в той войне, было немало и американских негров. Немало их пало на полях сражений, а те, кто вернулся на родину, надеялись, что и они наконец обретут свободу и равенство.

Но в негритянских кварталах Нью-Йорка и Чикаго, Лос-Анджелеса и других городов Юга жизнь оставалась прежней. Более того, на Юге Соединенных Штатов расизм приобрел особый разгул и дикие формы.

Родителей Анджелы Дэвис можно было бы, наверное, причислить к «средним американцам». Хотя матери Анджелы пришлось в ее ранней молодости хлебнуть горя и бедности, ей удалось благодаря беспримерному упорству и труду «пробиться» в учительницы. Она и сейчас работает в Бирмингаме в школе для черных детей. Отец Анджелы владеет заправочной станцией, дохода от которой было достаточно, чтобы содержать жену и четырех детей.

Итак, семью Дэвисов, пожалуй, можно назвать «средней американской». Но это семья черных. А в условиях Соединенных Штатов это значит семья, члены которой обречены на жизнь в невыносимых условиях неравенства и расовых преследований. В условиях, когда, даже получив возможность учиться в «белой» школе, ты остаешься «меченой», в условиях ежедневных мелких оскорблений, испытываемых черной женщиной, наконец, в условиях открытого террора.

Дом Дэвисов стоял в районе Бирмингама, известном под названием «Взрывчатый холм». В самом этом названии заложена глубокая трагедия. Там, на «Взрывчатом холме», негритянские семьи жили в постоянном страхе.

Это был именно тот Бирмингам, где в 1963 году в одно воскресное утро в церкви разорвалась бомба и четыре негритянские девочки были убиты. Анджела знала и девочек, и их родителей. И так же, как и другие жители Бирмингама, знала, кто был убийцами. Но, как и всегда в таких случаях, власти не произвели никаких арестов. И обитатели «Взрывчатого холма» продолжали жить под страхом расистского террора и смерти. События в Бирмингаме стали первыми «университетами» Анджелы Дэвис.